Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
такие способы неизвестны, – уверенно качает головой персиянка. – Если бы у нас что‑то знали, я б тоже знала… – она тактично не напоминает, кем был её отец. – Только что‑то одно.
– А как глубоко ты можешь видеть чужие мысли? – подтекст вопроса «брата» явно глубже, чем он старается показать, но Алтынай знает его уже хорошо и её он своим показным равнодушием не обманывает.
Зачем‑то Атарбаю очень важно услышать ответ на свой вопрос.
– Есть правила. Женщина лучше «читает» мужчину, мужчина – женщину. Если человек не хочет, чтоб его мысли были видны мне, он может…
В следующие несколько минут ревность Алтынай успокоилась и умерла, не успев родиться и до конца окрепнуть.
«Брат» явно допрашивал спутницу; пусть и в крайне вежливой форме, пусть и старательно не затрагивая болезненных для неё тем. Попутно, он использовал какие‑то медицинские понятия, которые Разия понимала не сразу, и Атарбаю приходилось рисовать в воздухе руками красочные схемы, попутно объясняя механику устройства человеческой головы изнутри, состоящей из множества… вот далее деталей Алтынай не поняла и не запомнила.
Уловила только аналогию со словом «ткань».
По словам «брата», голова состоит из многих видов материала (ну это да, это знает любой, кто разделывал скот, доставая те же телячьи мозги, например). И колебания некоторых «тканей», как будто, способна улавливать Разия, настроившись на…
Шайтан, вот тут снова непонятно. Суть понятия «колебание» Алтынай уловила от «брата» давно, по аналогии с болтающейся верёвкой и волнами на реке. Но вот величинами, которыми Атарбай эти самые колебания измерял, Алтынай пока так и не овладела (если честно, только потому, что до сих пор не видела для себя в том практической пользы).
Разия же, несколько раз выслушав объяснения Атарбая (повторявшего свой вопрос с разных сторон до тех пор, пока его не понимали, как требуется), уловила то, что он имел ввиду под своими замудрёными обозначениями. Переварив услышанное, она несколько раз подряд осторожно кивнула и согласилась. В свою очередь, надолго замолчав и глубоко задумавшись.
Атарбай же по итогам этого разговора с Разиёй заметно повеселел и даже принялся насвистывать уже изрядно наскучившую Алтынай Bari Gal, которую он напевал постоянно.
– Можешь растолковать то, что она поняла из твоих объяснений? – после некоторых колебаний, Алтынай таки решила попробовать ещё раз понять то, что уже поняла дочь «простака»‑Хусейна.
Чтоб не быть сейчас услышаной никем, кроме «брата», Алтынай специально заговорила на крайнем северном диалекте туркана, который Атарбай понимал наредкость хорошо, а остальные присутствующие не понимали вообще.
– Да не вопрос, – легко отмахнулся Атарбай. – Есть три независимые величины: фаза, частота и амплитуда. Амплитуда – это громкость. Чем тише мой голос, тем меньше амплитуда…
– Чем громче, тем больше, поняла, – неожиданно для себя перебила Алтынай, заинтересовываясь против воли. – Ещё две величины какие?!
– Вторая – это частота. Высота тона, смотри. А‑а‑а, – пропел «брат» низким голосом. – А‑а‑а, – выдал он через секунду высоким противным пищанием под удивлёнными взглядами Актара и Разии, не понимавших сейчас почти ни слова.
– Снова поняла, – Алтынай, не в силах сдержать эмоций, подвела коня вплотную и, воровато оглянувшись по сторонам, ущипнула Атарабая за… – Чего ты раньше так понятно не объяснял?!
– Да раньше не знал, зачем оно тебе может понадобиться, – удивлённо покивал самому себе товарищ. – Вот и не подобрал нужного примера… А сейчас, когда с ней разбирался, – кивок в сторону Разии и Актара (отъехавших на всякий случай подальше и обсуждавших что‑то своё), – надо было объяснить любой ценой. Вот и разошёлся смекалкой, придумал, как объяснить…
– Зачем? – Алтынай впилась взглядом в «брата».
– Ну должен же я знать, как от чтения мыслей такими, как она защищаться! Или не давать и дальше себе приказывать, как тот на площади! – пояснил Атарбай. – Тогда, на площади, я чуть не четверть целительского резерва сжёг за полминуты! Оказывается, можно проще…
– Как? – судя по лицу собеседника, вопрос был задан правильно.
– А менталист может «читать» тебя только тогда, когда он по фазе и частоте с тобой совпадает. Амплитуда тут не важна. – Легко выдал в одной фразе три сложных понятия «брат». – А вот чтоб влиять, наоборот: амплитуда должна быть в разы превышающей, частота должна совпадать. А фаза…
– Ты не объяснил, – напомнила Алтынай, перебивая. – Два из трёх я поняла. Третьего ты не объяснил. Что есть фаза в этих твоих колебаниях?
– Вот с этим сложнее.
