Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
деталей женской одежды. Теперь настало время попробовать это всё найти, примерить и купить…
По идее, потеряв её, Атарбай должен продолжать ходить по этому же базару, а увидеть его в толпе, с его‑то ростом, будет несложно.
Да где же тут эти треклятые ряды «для женщин»… Ткнувшись к нескольким человекам, Алтынай с удивлением обнаружила, что на туркане здесь не говорит вообще никто.
Ещё через какое‑то время её же собственная идея о покупке обновок перестала ей казаться такой уж удачной.
– Дети Хана не сдаются, – грустно вздохнула Алтынай сама себе и пошла на второй круг, осматривать базар.
_________
– Вот это место, – Юсуф приветливо кивнул местному подавальщику и прошёл к самому лучшему дастархану, с которого открывался вид на площадь. – Для меня это место всегда держат свободным, не позволяя его занимать никому другому.
Нурислан предусмотрительно промолчал о том, что огромный знак высшего лица Провинции, висевший прямо на груди Юсуфа, способен освободить не то что один стол, а и вообще всё заведение. Возникни у наместника такое желание.
– Распоряжусь я, – твёрдо обозначил наместник, подзывая подавальщика. – Я хорошо осведомлён об особенностях их кухни и о талантах их поваров…
Заказанный обед, с точки зрения Нурислана, был бы впору десяти человекам, а не паре. Как по количеству блюд, так и по размеру каждого из них.
Не желая никого обидеть, он с усилием пропихивал в себя толику с каждой тарелки, но уже дойдя до половины наименований понял, что больше не лезет.
– Благодарю, насытился, – вопреки правилам этикета, честно признался он. – С вашего позволения, не будем делать вид, что боимся друг друга обидеть.
– Никаких проблем, – радушно помахал рукой Юсуф. – Согласен. То, что не съедим, можно будет отдать страже: наблюдая за нами, они‑то к еде даже не притрагиваются. А говорят, ничто так не пробуждает аппетита, как чужой обед, ха‑а‑аха‑ха…
– Что за стража? – Нурислан аккуратно посмотрел по сторонам, но намётанный взгляд ни за что не зацепился.
– Вы же не думаете, что в этих диких местах я гуляю без охраны? – развеселился наместник. – И говоря о дикости мест, я имею ввиду населяющий их народ более, чем окружающую природу…
– Я не вижу охраны, – признался ещё через полминуты Нурислан, мысленно перебрав все возможные варианты.
– Подметальщик. Водоносы. Во‑о‑он тот гуляющий торговец. – Перечислил собеседник. – Но вы правы. Не зная города и этой площади, можно и не заметить.
– Склоняю голову в восхищении, – ничуть не соврал Нурислан под сдержанное удовлетворение, отразившееся на лице собеседника.
– А эт‑т‑то что такое? – глаза Юсуфа непроизвольно раскрылись, а само лицо выражало крайнюю степень удивления.
Повернув голову в направлении его взгляда, Нурислан чуть не подавился очередным блюдом: прямо через площадь, сверкая знаком Семьи Хана на груди (надетом, как и у наместника, на манер западного медальона, поверх одежды), прямо к ним шагала дочь Хана Степи.
– А это и есть мой преследователь, – быстро справился с удивлением Нурислан.
– Это и есть та ваша дочь Хана? Как звать? – быстрым шёпотом выпалил наместник, скользя масляным взглядом по приближающейся девочке.
– Да, это и есть она. Звать Алтынай, насколько мне известно.
Нурислан, отвечая на вопросы, одновременно прикидывал, что делать: то ли бежать, сломя голову, как того требовали инстинкты. То ли обуздать привычки и довериться новому знакомому.
– Считайте, что ваши вопросы с ней решены, – внимательно следя за шагающей к ним через площадь дочерью Хана, сально причмокнул губами Юсуф. – Это даже лучше, чем мне виделось в самых смелых ожиданиях. Ещё и азиатка… Да не нервничайте вы так! – видимо, от неглупого чиновника не укрылись внутренние метания Нурислана. – Моя охрана уже видит её, а необходимые команды знаками я им отдал. НЕ ВОЛНУЙТЕСЬ, – последние слова были произнесены кричащим шёпотом, если так сказать будет уместно.
– Прошу прощения за то, что обращаюсь к старшим мужчинам первой, – подошедшая, ничуть не смущаясь, уселась без спроса за стол к Нурислану и Юсуфу. – Уважаемый, я вижу на твоей груди знак Наместника Провинции. Меня зовут Алтынай, из рода Дулат. И я к тебе вот по какому делу…
Девчонка бросала при этом на Нурислана нечитаемые взгляды.
А сам Юсуф мало что не пожирал её, как минимум мысленно.
Дай волю, разложил бы прямо на столе, с неожиданной брезгливостью подумалось Нурислану.
Несмотря на
