Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
– Поначалу и такое было, – не стал отрицать Файсал. – Но совсем недавно старейшины сговорились с туркан, теперь у нас с ними есть совместные дела. Я в Совет Города не вхож, но голода не опасаемся.
– Что придумали? – живо заинтересовался родственник.
– Во‑первых, рыбу ловим. Что ни говори, еда.
– В голодный год и не такое съешь, вдобавок не харам, – согласно кивнул брат.
– Во‑вторых, овощи какие‑то растить затеяли. Урожая пока не было, но нашим старикам что‑то такое показывали в Орде. Сам Актар говорит, что главное полгода прожить. А там… – солидно поводил подбородком Файсал. – Ну и у туркан оказались бараны в излишке…
– Как такое может быть?! – неверяще перебил брат. – Когда это баранов бывает излишек?!
– А вот не скажи. У них они чуть другой породы, они с собой их привели… Пастбища нужны побольше, чем нашим. А часть их мужчин, весьма значительную, Султан отправил куда‑то в поход. И с концами.
– Пасти некому? – догадался городской родственник, ещё не до конца утративший сметку прошлых поколений.
– Угу. Так туркан с нашими белуджи сговорились, а те частично нас подрядили. В общем, до той весны поголовье дотянем. Так что, голода пока не боимся, – содержанный оптимизм Файсала не укрылся от родственника.
– Не понятно только, что вам с тех баранов, которые в собственности туркан, – заметил хозяин лавки. – Или они что, с вами поделятся?
– У них сейчас дочь Хана правит. Она многое делает не так, как их старики до того, да и наши тоже… Но пока все, кто с ней, сыты и здоровы, – осторожно подбирая слова, поведал Файсал. – Не скажу, что у нас прямо хозяйство с ними совместное, но городская стража наполовину из них состоит, наполовину из нас. И знаешь, город доволен. Рыбу, кстати, тоже они нам показали, как ловить. А что до дочери Хана, чуть не забыл…
Файсал, оглянувшись по сторонам, вытащил из пояса один золотой и пустил его по полу лавки в сторону брата:
– Это тебе. Дед сказал часть платы вам оставить.
– Что за плата? – брат растерянно поднял монету, убрал её в кошель и изобразил полнейшее непонимание.
– Вот за этот поход. Вдобавок, Нурулла же в страже сейчас служит, им жалование платят.
– Нурулла – это старший твой брат? А сколько платят у вас в страже?
– Угу, старший. – Затем Файсал наклонился и прошептал что‑то на ухо родственнику.
– Да ну?! – не поверил тот. – Вот просто за работу стражником?!
– Зачем мне тебя обманывать? – обиделся Файсал. – Дед именно потому и сказал отдать монету вам здесь. Нам там пока хватает…
– Спасибо, – ошарашенно протянул родственник, качая головой.
В поле его зрения попало что‑то необычное, потому что в следующий момент он вытянул руку и удивлённо пробормотал:
– Ты только погляди!
В дальнем углу площади какой‑то богато разряженный туркан двинул кулаком по затылку девчонку, которую тут же подхватили на руки подскочившие люди.
– Вот паук, тварь, да будь он проклят, – забормотал родственник. – Это наш наместник, опять кого‑то к себе поволок! И ведь не боится греха, пёс… – Лавочник повернулся к брату и его следующие слова застряли в горле.
Файсал, широко раскрыв рот, пробормотал:
– Это она! Это и есть дочь Хана туркан! Это я с ней сюда пришёл! Да как же так… Где у вас стража?!
– Тс‑с‑с, сядь, – неожиданно жёстко приказал родственник. – Сядь и слушай. Наместник из туркан, из их Столицы. Не знаю, известно ли это у вас, но у нас из‑за этого почти вся стража сейчас – тоже из тех же туркан. Насколько я знаю, с вашими они далеко не всегда ладили… Есть тонкость. По их давней традиции, они всегда и всюду тянут за собой родню. Стоит хоть кому‑то из них дослужиться до десятника, особенно в базарной страже, здесь денег больше… как через три месяца весь десяток – его родичи, и уже со всем десятком надо общаться на туркане, потому что нашего языка могут даже не понимать.
Файсал быстро схватывал. Возможно, в силу сложившейся ситуации.
– Получается, на базарную стражу надеяться нельзя?
– Вообще на городскую, – подтвердил родственник. – Наших среди них нет, а в дела между ветвями туркан нам встревать никто не позволит. И ты прослушал. Вон тот в лазоревом халате – наместник. Кто из стражи, ещё и туркан, – пренебрежительно выплюнул последние слова родственник, – осмелится ему перечить? Что до женщин, то он постоянно …
_________
Ещё через минуту Файсал уже вовсю нёсся в направлении дома, в котором остановился Актар. Старик предусмотрительно показал всем своим, где его искать, и отправился отдохнуть после дороги (давшейся именно ему тяжелее прочих, из‑за почтенного возраста).
