Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
_________
Примечание.
Чистая правда. Взять в подобной ситуации за руку женщину, ещё и детородного возраста, при этом – не свою жену (!) – …
Скажем, даже в сегодняшнем Афганистане, в 21‑м веке, во многих местах это будет верхом фривольности. Чтоб сказать мягко.
Равно как правда и сравнительные обычаи.
Долго писать, да это и не научное исследование… Коротко: казашки – почти что единственные, кто не закрывал лица в Центральной Азии в те времена. Многие аналогичные нюансы отношений между полами в Степи действительно были значительно посвободнее, чем у братьев\сестёр по Исламу в Регионе (хоть и у таджиков, узбеков, и далее на юг, к пашто и пенджаби).
PS под «порченой» Наместник имеет ввиду физиологическую девственность.
_________
Сотник подошёл к полусотникам, стоявшим группой неподалёку и почтительно ожидавшим указаний Наместника.
Сам Юсуф прекрасно всё слышал и отсюда, потому соскакивать с каменного барьера и постыдно нестись вслед не стал.
– Есть из вас кто‑нибудь, кто не знает, что это такое? – вояка ткнул пальцем свободной руки в шеврон с головой кота.
Все полусотники были из туркан, потому здоровяка понимали без переходов на другие языки.
– Мы знаем, что это, – ответил за всех командир четвёртой полусотни (тоже из Столицы, из хорошей семьи и с надлежащим образованием). – Но это не отменяет нашего подчинения Наместнику.
За время сборов, все уже выяснили у одноруких (теперь) сослуживцев Хамзы подробности. И были в курсе потенциальной размолвки Юсуфа и этого здоровяка, из‑за дочери Хана.
– А я уточняю только затем, чтоб иметь ввиду в будущем: вы все – сознательные мятежники, идущие против Слова Султана и вполне понимающие, что делаете. – Безмятежно прикрыл глаза сотник. – Надо ж понимать, какова полагается степень казни.
Полусотники, никак не выказывая настроения внешне, на самом деле заколебались.
Они привыкли нарушать закон, где‑то по мелкому, где‑то и побольше; но вступать в прямой спор с тем, кто говорил от Имени Султана… ещё и держа за руку обладательницу одного из знаков высшей власти на шее…
Украдкой, полусотники бросили взгляд на Наместника.
Тот беззаботно болтал ногой в воздухе, сидя на камне барьера; и лишь махнул им рукой, дескать, всё в порядке.
Сотник подошёл на три шага ближе к двум полусотням, перекрывавшим ближайшие выходы с площади, и заорал во всё горло на пашто:
– Сарбозы! Среди вас есть кто‑либо из народа пашто?!
Офицеры Городской Стражи вначале переглянулись между собой, затем вопросительно уставились на Наместника.
Тот снова небрежно махнул рукой, показывая, что с любопытством наблюдает за действиями сотника (который сейчас даже выйти с площади не мог, потому что вместе со всадниками они были заблокированы Городской Стражей. Да и конь, в условиях города, не самый лучший способ ведения войны… даже «Барсу Султана»).
Сам Юсуф, как и его полусотники, понял из сказанного только два слова («сарбоз» и пашто»), но почему‑то не спешил вмешиваться. Через секунду он признался сам себе: ему было просто интересно, что будет дальше.
– Пуштуны! – продолжал тем временем здоровяк на пашто, удивляя офицеров‑туркан и Наместника.
Последний, впрочем, тут же припомнил: этот сотник был местным, сыном какой‑то бабки (жившей у Старого Города), потому общаться с соседями мог без проблем. Интересно, а что он им сейчас рассказывает…
– У меня дело к местному Наместнику. Оно касается Naamus моей младшей сестры, – здоровяк поднял в воздух ладонь девочки, – и badal в отношении местного Наместника. То, что я говорю правду, может подтвердить Актар из Вазиристана, что в землях Каррани! Он сейчас в гостях у товарища, такой зелёный дом, кажется, третий по счёту от Городской Мечети!
– Знаем такой дом, продолжай! – раздалось из середины двух полусотен сразу.
– Я, собственно, закончил! – проорал в ответ лысый. – Мне не нужна ваша помощь! Но и лить вашу кровь я тоже не хочу! Братья‑пашто! Та война, которая сейчас будет происходить здесь, это война туркан против туркан! Вам нечего в ней делать, это не ваша война! У вас есть ровно одна минута, пока я дойду до головы конного строя! Или делайте «черепаху», или просто отойдите на тридцать шагов назад, этого хватит! Я всё сказал!
К удивлению офицеров‑туркан и самого Наместника, здоровяк о чём‑то перекрикнулся с парой пашто из состава Городской Стражи, затем вместе с девчонкой за руку подошёл к голове конного строя.
