Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
Актар ощутил замирание сердца в третий раз за последние несколько мгновений. Два разогнавшихся коня неминуемо сшибали одного человека с дороги, даже такого здорового, как Атарбай.
Который, однако, в очередной раз удивил. С нечленораздельным выкриком, брат Алтынай взлетел в прыжке над дорогой, оказавшись почти что вровень с верховыми. В следующий момент выброшенная им вперёд нога, на виду у всего встревоженного лагеря, ребром босой стопы столкнулась с грудью первого всадника, вышибая того из седла и заставляя встать на дыбы испуганную первую лошадь (опрокинувшуюся через круп на землю).
Видимо, выбитый из седла всадник держал поводья лошади Разии в руке, поскольку вместе с ним опрокинулся и второй конь, погребая под собой Разию.
Атарбай, приземлившись на две ноги и одну руку, тут же выпрямился и заорал во всю глотку, раздавая команды сотне туркан и споро вытаскивая всадников из‑под бьющихся на земле лошадей.
_________
– Это недопустимо. Я не буду разбираться до восхода солнца, поскольку это против правил. Но утром… – дочь Хана не договорила, обернувшись к аудитору и казначею спиной. – Мы выдвигаемся прямо сейчас, – бросила она через плечо, чуть задерживаясь. – Наш мальчик ранен вашим человеком. Нашего парня надо срочно везти к целителю. Нормальный врач есть только у нас в городе. Мы будем сутки идти без остановок, чтоб успеть. Вам могу оставить половину своей сотни и часть пашто для сопровождения. Вашего человека, напавшего на мою… подругу, забираю с собой.
– Он без сознания, со сломанными рёбрами, – зачем‑то брякнул Селим, в следующий момент пожалев о своём длинном языке.
– На всё вола Аллаха, – отмахнулась девочка. – In’Sha’Allah, довезём. Извините, но это мой пленник. Буду судить после того, как допрошу
– НЕ спорим! – тут же открестился от проклятого стажёра Хамид, впечатывая сухой локоть в рёбра товарищу‑казначею.
И ломая при этом голову, какая‑такая муха укусила тихого и незаметного до этого момента Латифа.
– Совсем с ума сошёл? – зашипел он Селиму, как только Ханшайым отошла. – Это вообще мой человек! Не твой! Чего влезаешь?!
– По старческой дурости, – повинился товарищ. – Язык впереди меня брякнул. Я и сам тут же пожалел. Хорошо, что она не отозвала приглашение…
– Может, соберёмся побыстрее и поедем вместе с ними? – задумчиво прикинул варианты аудитор. – Чтоб не плестись в хвосте.
– Исключено, – чётко ответил казначей. – И ты, если подумаешь, сам поймёшь, почему.
Селим молчал, потому Хамид продолжил:
– Во‑первых, они будут гнать коней, а кони у них лучше. Во‑вторых, лично я сутки в седле уже не потяну. А ты?..
– Да я тоже… Погорячился.
– В‑третьих, завтра с рассветом она будет допрашивать Латифа, возможно с последствиями. Может и разозлиться, потом какое‑то время пребывать в гневе, – аудитор многозначительно посмотрел на товарища. – Тебе очень хочется попасть ей под горячую руку в этот момент?
– Ты прав, – полностью успокоился, соглашаясь с другом, казначей. – Пусть лучше всё успокоится, а мы через день подъедем. Тем более что она половину своей сотни оставляет с нами. Кстати, а ты видел, как этот сотник остановил двух несущихся коней? Говорят, чуть не взлетел в воздух?
– Краем глаза. Кажется, просто подпрыгнул и как‑то хитро стукнул ногой Латифа. Видимо, их там действительно чему‑то учат, где он служит.
_________
Не смотря на неожиданность и частичную трагичность случившегося, Актар быстро взял себя в руки.
Атарбай, молниеносно связав пленника и передав приходящую в себя Разию на руки подоспевшему старику, тут же склонился над Мазияром.
Оказалось, что товарищ понимает не только в поэзии пашто. Через полминуты Атарбай сообщил:
– У парня глубокий порез. Умереть не дам суток двое или даже больше. Но лечить не смогу – не умею. Надо к Файзулле, в город.
Вокруг, повинуясь призыву и команде Атарбая, кругом стояли туркан, не пуская желающих подойти поближе.
Через минуту появилась Алтынай, которая, видимо, уже легла спать (и ей пришлось одеваться).
– Что? – выдохнула она над ухом брата.
Тот в двух словах описал ситуацию.
– Дорогу вынесет? – деловито спросила девочка, подзывая жестом пару человек.
– Да, но желательно не трясти, – отозвался снизу лысый здоровяк, не поднимая головы и не отрываясь от мальчика.
В несколько минут, стараниями Алтынай каким‑то чудом были организованы две пары иноходцев.
Ещё через четверть часа степняки сладили из упряжи подобие носилок между первой парой коней, пояснив окружающим:
