Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
конный разъезд туркан непонятным числом (более десятка, поскольку выстроились они до самого угла, и даже заворачивали за него). Впереди разъезда стоял брат дочери Хана с телом на руках. У него за спиной стояла сама Ханшайым и ещё какая‑то девушка, кажется, одного с Файзуллой народа.
– Что случилось? – Файзулла посторонился, давая войти четверым посетителям.
Обычно он в дом не пускал никого, кроме самых значительных пациентов, но тут был как раз тот самый случай.
– Маг воздуха… серп… кровотечение я остановил, но селезёнка, печень… артерия… тромб… поддерживал «силой»… около суток… – быстро ввёл его в курс старый знакомый. – Поможете?
До сего момента у Файзуллы было одно железное правило: никогда не идти на поводу ни у кого, и экстренные приёмы – только экстренные.
Раненому же парню до утра ничего не угрожало. Если б пациент был на попечении самого Файзуллы, то тогда его латать надо было бы срочно (потому что поддерживать до утра вхолостую – он не бездонный). Но лысый здоровяк, в отличие от доктора, имел несоизмеримый размер резерва, и до утра уж точно б справился.
Кстати, он и внешне не походил на того, кто последние сутки гнал коня, спеша доставить пациента к доктору. Значит, резерв его ещё полон более чем на две трети.
Все эти мысли роем пронеслись у Файзуллы, который, по инерции, не мог выбросить из головы супругу, ожидающую на втором этаже в своём крыле.
– Он не гнал коня. Он бежал рядом с конём эти сутки, поскольку его может нести не всякая лошадь. А своего жеребца он нагрузил какой‑то поклажей, – неожиданно сказала на чистом‑пречистом исфаханском фарси вторая спутница Атарбая, просительно складывая руки перед собой. – Но вы правы, резерв у него полон более чем наполовину. Если возможно, не откладывайте помощь моему брату до утра.
Персиянка. Явно персиянка, удивился мысленно Файзулла, с ещё большим изумлением увидев: сразу после этой его мысли, девушка подтверждающе опустила веки.
Гхм… Конечно, Файзулла никогда не делил своих пациентов по народам, из которых они происходят. Уж он‑то гораздо лучше остальных знал, что изнутри пашто от туркан или фарси не отличаются ничем (разве что конфигурацией носоглотки от таких, как лысый здоровяк; но это, право, не существенно).
Сейчас он с удивлением поймал себя на том, что при звуках р о д н о й речи смириться с тем, что жена подождёт, ему намного легче.
Вторым моментом (и он от себя упорно гнал его, не давая оформиться даже костяку мысли) было то, что девушка‑персиянка явно «видела», о чём он думает. Что, конечно же, имело своё объяснение, только вот размышлять об этом не хотелось.
В силу возраста, опыта и кругозора (а медицине, кроме прочего, Файзулла учился и в университете Шаха Персии) доктор предполагал, к т о именно может сейчас стоять перед ним. И эти мысли ему совершенно не нравились.
Особенно если учесть, что девушка (интересно, как её зовут?) была в компании Ханшайым туркан и лысого здоровяка, обряженного на этот раз в какую‑то форму с севера Султаната, армейских частей туркан же.
– Меня зовут Разия, – тут же отозвалась незнакомка на его мысли, слегка улыбнувшись. – Да, я из Исфахана.
– Я вижу, что это язык вам родной, – проворчал Файзулла, разворачиваясь в сторону процедурной и делая жест остальным следовать за ним. – И слышу по нему, из какой вы местности. Но всё равно, рад знакомству.
– Парень тоже наполовину наш, только из Бамиана. Если это имеет значение, – раздалось в спину всё на том же чистейшем фарси.
И Файзулла готов был поспорить, что слова эти сопровождает мягкая улыбка.
– Положить туда, – в процедурной он коротко кивнул на кушетку и пошёл в соседнее помещение, готовиться к манипуляциям.
Как бы ни было, но не помочь с в о и м было бы не совсем правильно. Почему‑то теперь это чувствовалось особенно остро. Может, потому что даже туркан вон как напрягаются?
_________
– Поможете, – не спрашивая, а приказывая, Файзулла подходит к кушетке с парнем, становясь чуть сбоку (чтоб было место и для меня). – Ваш больной, ваш и резерв. Я сейчас несколько не в форме. Мне сегодня ещё предстоит напрягаться…
Разия при этом хмыкает откуда‑то сбоку.
– Разумеется, – тут же поднимаюсь на ноги, так как использовал пару минут для передышки и присел прямо на полу, спиной к стене. – Благодарен за готовность помочь, резерв – вообще не проблема.
– Ждите снаружи, – хмуро бросает Файзулла многозначительно давящей улыбку Разие. – Не отвлекайте.
Алтынай сразу отправилась «домой», как только Файзулла согласился взяться за Мазияра. Она самая младшая из нас и, видимо, формирование её организма ещё
