Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
а что побудило вас начать этот разговор? Ведь вы, как сами сказали, один с ними народ. С чего вам предупреждать туркан? Не сочтите за подозрения либо неприязнь, любезный Файзулла! – поднимаю ладони, останавливая уже готового ринуться в диспут собеседника. – Ваше предупреждение имеет огромный смысл, и ваши возможности могут быть совсем не такими незначительными, как это кажется лично вам… Но мне просто хотелось бы понять ход ваших мыслей. Как другу. Тем более что о Разие вы всё поняли верно, за исключением мотивов её пребывания тут.
– Мои резоны более чем просты. Больница. – Простенько отвечает врач. – Ваша сестра – единственный наместник, который самым первым делом озаботился строительством больницы , лично ей не несущей никакой зримой выгоды. А не возведением собственных дворцов.
Лично я б мог с ним очень поспорить и на тему политического пиара, и на тему того, что Алтынай и в юрте или шатре чувствует себя ничуть не хуже; но здесь и сейчас, пожалуй, он более чем прав.
– Я видел немало управляющих территориями, – продолжает Файзулла. – И здесь, и по ту сторону границы . О простом народе мало кто из них думал столь глубоко. Не сочтите за похвальбу либо желание подольститься; это мнение обычного жителя этого города. И меня не может не волновать вопрос, а что дальше будет со всем нами?
– Насколько я понял, вы начали с того, что хорошему врачу ничего не грозит при любой власти? – смеюсь.
– Мне не грозит. А родственникам моих жён – тут уже вопрос. – Спокойно парирует он. – Либо моим друзьям. Либо товарищам друзей. Я могу у вас поинтересоваться вашими дальнейшими планами в этой провинции? Под «вашими» планами я понимаю скорее Ханшайым. Извините.
– Гхм… почтенный Файзулла, вы сейчас с простецким видом задаёте такие вопросы, которые в иных местах…
– Знаю. – Нетерпеливо перебивает доктор. – Но вы с сестрой не такие. Именно потому и спросил. Я хоть и не эта ваша Разия, но в людях тоже кое‑что понимаю. Вы будете защищать земли от Ирана? Если да, то не следует ли самим радеющим за будущее гражданам позаботиться о формировании и обучении ополчения? Все те, кто говорит на пашто и дари, на многое способны даже в такой роли.
– Могу задать ещё вопрос? Файзулла, а почему вы сейчас предлагаете помощь против своего же, если говорить по букве, народа? Фарси и дари – один язык. Один народ. – Мне правда интересно, потому что врач смог меня удивить.
– Я в первую очередь врач, а не перс. И дарёному верблюду в ухо не заглядывают. Я умею отличить интересы народа от интересов правителей, – как‑то мягко, но одновременно очень жёстко отвечает Файзулла. – И на престоле в Иране, если вы не забыли, сейчас всё равно сидит представитель вашего народа, человек из туркан.
_________
Примечание.
Чистая правда. Шахский престол регулярно занимали даже не выходцы, а целые династии тюркского происхождения. Да взять хоть и того же Нодир‑шаха, уже упоминавшегося выше.
_________
– А самое главное, я бы хотел просто понять: что связывает Разию, – доктор явно обозначает интонацией «или тех, кто за ней стоит ». – И вас с сестрой, в тот момент, когда речь идёт о судьбе провинции.
– Вы простите, если я уподоблюсь почтенному Иосифу и отвечу вам вопросом на вопрос? – смеюсь. – А что вам известно о прибытии Разии к нам? Ну или о причинах, побудивших её сменить место жительства? Оставив удобный и привычный с о б с т в е н н ы й дворец в Исфахане, сменив его на комнату в доме Иосифа?..
_________
Как ни парадоксально, но от неравнодушных, энергичных, проявляющих неподдельную инициативу людей большинство государственных структур (в лице чиновников) всегда отмахивается: таким контингентом сложно управлять. Особенно на длительном отрезке времени.
Файзулла, к моему удивлению, оказывается гремучей смесью несовместимых, казалось бы, начал: с одной стороны, он действительно радеет за город и его народы, которые в душе не делит по этническому признаку. С другой стороны, он более чем дремуч в любых аспектах работы с информацией.
При всём этом, он действительно имеет немалые личные связи и возможности. И немало переживает о судьбе начатых в городе и в провинции изменений.
Ужас для любого мэра, как избиратель, посмеялся я про себя.
На такой откровенный разговор со мной он пошёл, оказывается, в первую очередь потому, что искренне за меня испугался: во‑первых, он не знал, что Разия сбежала с родины. Сам он полагал её чем‑то типа лазутчицы, просто от одного из персидских кланов, частисно несогласного с политикой Шаха.
Во‑вторых, попытка задержания Разии стражниками Шаха, как и замес с их магами на базаре, хоть и не прошли мимо Файзуллы, но истолкованы им были совсем неверно:
