Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
в плане намёков между строк, потому просто пью свой кофе (весьма неплохо зная обычаи простого окрестного народа, я понятия не имею о дворцовом этикете. А тем более, когда сталкиваются представители двух принципиально разных ветвей культуры – Ханшайым кочевников и чиновники «правительства» оседлых земледелов).
– У меня нет секретов от брата, – нейтрально продолжает Алтынай в адрес стариков – Пожалуйста, чувствуйте себя как дома.
Деды занимают противоположные торцевые концы столика (менее удобные, но более почётные, насколько я знаю). Тот из них, который аудитор, принимается собственноручно хлопотать над завариванием чая на двоих.
– Вы действительно родственники? – впивается ласковым взглядом голодного удава в Алтынай казначей по имени Хамид.
– Да, мы – родня, – подтверждает Алтынай, опираясь на один локоть и не меняя положения за столом.
Старики удивлённо переглядываются.
– Прошу прощения, но внешне вы никак не похожи! Хотя ваше родство и объясняет вмешательство вашего брата в свару с Юсуфом… – аудитор Селим не договаривает, возвращаясь к чайнику и кипятку.
– На всё – Воля Аллаха, – дежурно пожимаю плечами я, не забывая ритуального жеста ладонями. – Позвольте сказать пару слов, как старшему мужчине в семье. Алтынай находится на моём попечении и детали наших отношений не могут быть предметом обсуждения с кем‑либо. Не смотря на её и моё более чем положительное отношение к вам. Вместе с тем, вся полнота власти лежит на ней, и решения тоже принимает только она. Это касается как дел в этом городе, так и всего народа восточных туркан, кочующего тут. Завтра утром мы с ней убываем обратно, ибо вернулись случайно и ненадолго. Если вы хотели обсудить с ней что‑то срочное, лучше воспользоваться моментом и сделать это сейчас. Как сложится всё далее, не ведает никто. Соответственно, когда я верну её обратно в город – пока тоже неизвестно.
Старики снова переглядываются, поворачиваются к Алтынай и всё тот же казначей говорит:
– Мы уже составили первое впечатление о делах в провинции. И хотели бы договорится о совместных действиях на будущее. Собственно, именно поэтому мы и позволили себе оторвать вас от беседы.
– Вот так быстро? – поражаемся синхронно с Алтынай, вызывая снисходительные улыбки на лицах фискалов.
– Мне достаточно было часа в вашем круге людей, именуемом Советом Города. Обоснованность принимаемых решений налицо, как и способы их принятия. Вопрос только в сроках окупаемости вложений, но это не сейчас… В это можно вникать долго; вот главное: люди работают не из‑под палки и не за жалование. Это очень большое новшество. Ваши люди работают ради собственного благополучия, по крайней мере, искренне сами в это верят. – Аудитор в какое‑то мгновение преображается и выглядит каким‑то несказанно древним. – Это и есть причина нашего обращения. Вы согласны, что так дела не ведутся нигде, кроме вас?
– Мне нет дела до остальных, – удивляется Алтынай. – Задача наместника – слать вовремя налоги в Столицу. По возможности, звонкой монетой, а не мёдом и не урожаем хлопка. Если налоги платятся вовремя, никому нет дела до того, как они собраны. Я права?
– Несомненно! – Селим качает головой и машет руками одновременно. – Именно об этом мы и хотели говорить! Вы ставите дело так, как будто решили обосновываться надолго и всерьёз…
– ПОГОДИ. Не так надо, – перебивает товарища казначей. – Ханшайым, вы действительно заинтересованы в двух опытных чиновниках типа нас? На долгосрочной основе? Или ваше приглашение нас – дань вежливости и способ лишь затянуть время, чтоб осуществить то, что вы задумали в самом деле?
Странно. Если я хоть что‑то понимаю в этой жизни, так в лоб подобные вопросы не обсуждаются и не ставятся.
– Заинтересована, – прямо и в лоб отвечает Алтынай, второй раз за секунду ломая мои представления о том, как ведутся дела на Востоке. – Особенно если эти чиновники готовы принять новые правила на новом месте и работать на благо Города, как на своё собственное. Что никак не отменяет осуществления моих планов, что бы я ни задумала. Впрочем, последнее, как уже сказал мой брат, не может быть предметом разговора.
Дедушки многозначительно переглядываются.
Следующие полчаса проходят в ожесточённой торговле о привилегиях, вотчинах, жаловании и прочих материальных благах в случае, если старики «примыкают» ко всем идеям Алтынай на этой территории.
_________
– Я с Иосифом это всё обсудила заранее, – смеясь, одной фразой отвечает на все мои невысказанные вопросы Алтынай после того, как фискалы откланиваются. – Он предупредил, что эти два старика выйдут с предложением своих услуг. Также, он обозначил, что
