Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
на правовой аспект. – Обвинений мне не предъявили, только дали прочесть какой‑то клочок бумаги, на котором обозначалась отмена всех предыдущих соглашений о наших торговых рангах. За что меня арестовали вообще?
Как и сказал коридорный, местный старший по режиму прибыл к Акбару буквально в течение четверти часа. Не чинясь, зашёл внутрь и устроился прямо на кушетке.
– Внешний вид бумаги, которую вам показали, никак не отменяет её правовых последствий лично для вас, – мягко возразил чиновник. – А мы – люди подневольные. Есть приказ – мы его исполняем.
– Если приказ незаконен, есть ли возможность его оспорить законным порядком? – Акбар, проследив за тщательно скрываемым взглядом посетителя, коротким движением снял с себя платиновую цепь (с медальоном в форме инкрустированной бриллиантами мечети) и так же быстро надел её на шею гостя. – Я с Востока, это просто подарок. Вас в любом случае ни к чему не обязывает.
Чиновник многозначительно кивнул и убрал «подарок» под одежду. Став богаче как бы не на половину дома в один момент.
– А у вас есть кто‑то в нашей стране, кто может послужить источником правовой нормы для скромных служащих следственной тюрьмы? – серьёзно спросил местный. – Будем откровенны. Мне всё равно, чей приказ исполнять. Я любой исполняю только на «отлично». Но если у вас есть кто‑то, обличённый хоть какой‑то мало‑мальски равноценной властью, я имею в виду ту невзрачную бумагу… – старший по режиму многозначительно посмотрел на Акбара. – И если этот «кто‑то» не побоится отдать приказ о вашем освобождении, и – желательно – о взятии под его личную охрану…
– Бояться мне будет нечего? – выдал напрашивающееся на язык Акбар.
Собеседник в ответ молча прикрыл глаза.
Ситуация могла быть как ловушкой, так и чистой монетой.
С одной стороны, местные могли таким незамысловатым способом начать тянуть за кончики нитей, составляющих уже сети.
С другой стороны, насильно Акбару никто ничего не навязывал, инициатива исходила от него самого.
Ай, чего терять. Кому нужны сети без Акбара. Ну, то есть, конечно, кому‑то, возможно, и нужны. Но Акбару, сгинь он в местных застенках, это будет уже совсем неинтересно.
– Я могу связаться с начальником секретариата Дома Виен? – караванщик решил не тянуть времени и зайти с козырей.
Упомянутая им семья входила даже не в первую двадцатку, а в первую пятёрку.
– Как мне представиться? Что передать? – мгновенно подобрался чиновник. – И как оговорить лично мою оплату с их стороны?
– Давайте обсудим условия, – внутренне ликуя, Акбар встал и заходил от двери к стене. – Я не особо богат, но и оскорбить вас незначительностью дара благодарности мне бы не хотелось. А вам что‑нибудь известно о кассе м о е г о караванного дома, изъятой представителями вашей страны прямо из моего склада?..
Самый большой кабинет Главного Дворца с Государственным Гербом на большом столе для совещаний. Во главе стола сидит пожилая женщина. Напротив неё сидит молодой человек в форме джемадара погранвойск со штатом Термязского погранотряда.
Кроме них в огромном кабинете никого нет.
– Тебе знакомо понятие валового внутреннего продукта в стране? – с отстранённой и грустной улыбкой спрашивает женщина.
– Сумма всех товаров и услуг, произведённых в стране, плюс по мелочи, типа инвестиций, – пожимает плечами джемадар. – Но я не понимаю, как это всё можно точно учитывать. С моей колокольни, так это и вовсе нереально. Ну либо будет плюс‑минус половина от учтённого. Что автоматически делает нецелесообразным всю трудоёмкую процедуру.
– Ты смотри, вы там даже экономику проходите, что ли, в своих дырах… – искренне удивляется женщина.
– Вот это было обидно. Во‑первых, у нас на заставах не пьют. По крайней мере, на тех, которые на границе с Султанатом, – поправляется пограничник. – Во‑вторых, есть же экзаменационный минимум на офицерское звание. У нас он сдаётся сложнее, чем где‑либо ещё. В‑третьих, раз не пьём, свободное время надо куда‑то девать. Все понемногу учатся. Некоторые, типа Атени, вон даже в какие серьёзные заведения поступают, – хмыкает пограничник. – Ни разу не будучи ни дворянами, ни выпускниками лицея либо гимназии.
– Не валяй дурака, – мягко предлагает женщина. – Ты догадываешься, зачем я тебя вызвала?
– Отмена иммунитета у старшего персонала караванных домов, – снова пожимает плечами джемадар. – Моим единоличным решением.
– СТОП. Ты уже во в с е х караванных домах его отменил? – собеседница
