Не тронь добычу!

резерв, и этот резерв не вступал в бой, а сидел в засаде, не подавая признаков жизни, пока их братьев по оружию убивали. Они себя обезопасили, подставив своих же под плотный огонь. Наши так не поступают. Мозги работают по-другому. Вот и поплатились за халатность.
— А если наши мужья тоже провели ночью своеобразный бой, а потом вернулись на дачу и расслабились? Ни у кого из них даже не было оружия, хотя я знаю, что у Бориса есть трофейный пистолет, патроны и даже парочка гранат. Думаю, что Олег и Иван не были исключением.
— И у меня есть оружие. Войны кончаются, привычки остаются. Какой же бой они могли устроить в мирной столице, что об этом никто ничего не слышал?
— Вооруженный налет. Удачный. Что-то украли. А потом их партнер или наводчик с ними разделался. Если речь идет о большой добыче, то удивляться нечему. Сейчас за сто рублей людей убивают.
— Не надо говорить о подонках. Я знаю вашего мужа. Он человек умный и в людях разбирается хорошо. Борис не пошел бы на сделку с человеком, если бы не доверял ему всецело. Олег и Иван тоже не лохи. Людей насквозь видят. И потом, вы верите в то, что ребята пошли на грязное дело?
— Жизнь заставила. Сейчас я задам вам прямой вопрос. Только не удивляйтесь и примите его спокойно. В качестве бредовой идеи или версии.
— Интересное начало.
— Мог бы, к примеру, Григорий Максимов стать наводчиком, а потом палачом?
Вопрос застал Богданова врасплох. Он долго думал, потом начал тихо рассуждать:
— Вы знаете, первое, о чем я подумал сейчас, это о том, что с вами может произойти, если бы Максимов услышал нечто подобное. Конечно, если он повязан с ребятами общими узами. Не знаю почему, но я подумал в первую очередь о вас, вдовах. И найти однозначного ответа не могу. Но скорее всего он вас стер бы с лица земли. Этот человек всегда работает на упреждение удара. Малейшая опасность — и он закидывает бомбами то место, из которого повеяло ветерком угрозы. Но не считайте мои выводы ответом на ваш вопрос. Гриша Максимов и Илья Проскурин люди опасные. Но у них очень много своих профессионалов, которым можно доверить любое опасное мероприятие, и те выполнят задание не задумываясь. Максимов пользуется их услугами, потому и держит в руках конкурентов и некоторых крупных чиновников. Его боятся. А бывшие бойцы получают от Максимова скудную пенсию и прикрытие. Легализованная банда, которую никто не трогает. Они еще и от государства льготами пользуются.
— Кажется, вы не ладите с Максимовым? Богданов усмехнулся.
— Это точно. Он берет деньги у тех, кто побогаче, и раздает тем, кто победнее, но свои деньги и прибыль держит при себе. Кормит боевиков за чужой счет и пользуется славой мецената, доброго, хорошего парня, а сам лишь посредник между бизнесменом и спившимися солдатами.
— Что вы знаете о серпуховских?
— А вы откуда о них знаете? — тут же переспросил Богданов.
— Я подозреваю бывшего майора Максимова в убийстве наших мужей. Других кандидатов пока нет. Я была в его офисе. Видела кое-какие бумаги и вашу записку, где вы отказываетесь платить дань в «общак». Вот почему я с вами так откровенна.
— Понимаю. Вы серьезно взялись за дело. Снимаю шляпу. Мне кажется, вы добьетесь своего. Вот только я не верю в то, что ребята положились бы в чем-то на Максимова, и не думаю, что Максимов решил их привлечь к своим темным делишкам. Не хочу повторяться, но людей у него своих хватает. Что касается серпуховских, то это боевая группа. Взвод под командой лейтенанта Гусакова. Они одни из первых открыли охранное агентство в Серпухове под названием «Броня». Если честно, то я считаю их отщепенцами. Это не бойцы. Взвод формировался из штрафников. За время боевых действий состав менялся несколько раз. Их подставляли под огонь. На дембель ушли человек двенадцать. Из них и формировался отряд в Серпухове. Не менялся только командир, лейтенант Гусаков. Он свою голову пулям не подставлял. У Гусакова и Максимова сложилось своеобразное сотрудничество. Серпуховские решают проблемы Максимова в Москве, а Максимов командирует своих людей в Серпухов, если надо решить проблемы, возникшие у Гусакова. Такая практика повсеместна и не ими придумана. Тольяттинские «фараоны» решали свои проблемы в начале девяностых с помощью сил тамбовских или саратовских группировок, а сами всегда оставались в стороне чистенькими. Примеров много. Но думаю, что к вашему случаю эта схема не подходит. Борис, Иван и Олег поддерживали отношения с Максимовым. Но не более того. Они хорошо его знали и в одну лодку с ним не сели бы. Не на тот след вы вышли, милые девушки. С точки зрения предательства. А ребят, безусловно, предали. Но кандидатура Максимова на такую роль вполне пригодна, только если не знать их взаимоотношений. Я в такой альянс не