Не верю. Не надеюсь. Люблю

Рози: Получше. Меня уже почти не тошнит от его присутствия. Не больше одного раза в день.

Алекс: Это уже кое-что. Может, у вас что-то получится?

Рози: Чего? С Брайаном-Комбайном? Ты давно проверялся у психиатра? Он годится только на то, чтобы оттирать плесень и шлифовать полы.

Алекс: Понятно. Может, у тебя есть кто-нибудь еще?

Рози: Разумеется. Тринадцатилетняя дочь, новая работа и полный комод неоплаченных счетов. Мне есть чем заняться. Хотя недавно один из соседей звал меня на свидание.

Алекс: Здорово. Ты пойдешь?

Рози: Даже не знаю. Может, ты мне посоветуешь? Его зовут Санджай, ему шестьдесят лет, он женат, живет с женой и двумя детьми, и ему принадлежит индийское бистро на первом этаже нашего дома. Ты никогда не догадаешься, куда он пригласил меня на ужин.

Алекс: Куда?

Рози: В свое индийское бистро. Сказал, что он угощает.

Алекс: И что, ты до сих пор сомневаешься?

Рози: Очень смешно.

Алекс: Зато у тебя дружелюбные соседи.

Рози: Он еще ладно. Вот рядом со мной живет владелец салона татуировок (того, который прямо под моей квартирой). У него татуировки по всему телу с головы до пят, потрясающе красивые блестящие черные волосы, заплетенные в косу, и аккуратная испанская бородка. Он выше шести футов ростом и неизменно носит кожаные штаны, кожаную куртку и огромные казаки с железными каблуками. Если он не разукрашивает очередную спину, то сидит в своей квартире у меня за стеной и на полной громкости слушает музыку.

Алекс: Видимо, он принял тебя за фанатку тяжелого рока и надеется таким образом пленить.

Рози: А вот тут ты не угадал. Его зовут Руперт, ему тридцать пять лет, он закончил престижный Дублинский Тринити-колледж, у него диплом по истории Ирландии и степень магистра про ирландской литературе. Его идол — Джеймс Джойс, и прямо поперек груди у него красуется надпись: «Ошибки — это врата открытий».

А слушает он только оперу и классическую музыку. Каждый вечер в пять часов он закрываетсалон и пересчитывает кассу под звуки Брамса, концерт для фортепиано с оркестром си-бемоль мажор, опус 83. А потом поднимается в свою квартиру, готовит что-то невероятно изысканное и ароматное, в стотысячный раз перечитывает «Улисса» Джеймса Джойса или слушает избранные записи Паваротти, уделяя особенное внимание «Nessum Dorma».

Мы с Кати уже знаем ее наизусть, а Тоби в прошлый раз засунул себе подушку под футболку, встал на диван и очень похоже изображал самого Паваротти. Так что благодаря Руперту дети хотя бы будут знать, что такое настоящая музыка. Кати бредит идеей обработать «Nessum Dorma» и сделать из нее танцевальную мелодию. Брайан-Комбайн купил ей вертушки, я его чуть не убила, я хотела подарить их на Рождество. Я не разрешаю ей приносить их в квартиру, пусть играет у него дома, не нужно издеваться над соседями. Хотя они бы, наверное, ничего и не заметили, учитывая все то, что творится в этом доме. А я рассказывала тебе, что в конце коридора живет Жанна д’Арк?

Алекс: Нет, этого я еще не слышал!

Рози: Так вот, там живет женщина по имени Жанна, или Мэри, или Бриджит, что-то в этом роде, ей лет тридцать, наверное. В первый же день она зашла ко мне поздороваться, и как только узнала, что я отнюдь не вдова, но тем не менее живу вдвоем с дочерью, она тут же ушла, не попрощавшись, и с тех пор с нами не общается.

Алекс: Ну, хоть одна ваша соседка тихо себя ведет.

Рози: То, что она игнорирует меня, несчастную грешницу, вовсе не значит, что она себя тихо ведет. Вечером каждого понедельника в квартиру Жанны д’Арк проходит длинная вереница слонов. Путем осторожных наблюдений мне удалось выяснить, что приходят к ней одни и те же двадцать человек с Библиями в руках. Оказывается, она каждую неделю проводит у себя библейские чтения. А теперь она повесила на двери табличку со следующими словами: «Господу, Богу вашему, последуйте и Его бойтесь, заповеди Его соблюдайте, и гласа Его слушайте, и Ему служите, и к Нему прилепляйтесь».

Вот я не понимаю, что значит «прилепляйтесь»? Что она, интересно, имела в виду?

Алекс: Щас помру со смеху!