Не верю. Не надеюсь. Люблю

Рози: Что? Я совершенно серьезно.

Руби: Ушам своим не верю. Вот это новости. Ну ладно, я вот что хотела сказать: на этих выходных мы с тобой идем в клуб.

Рози: В клуб? Ты хочешь затащить меня туда, где я буду на десять лет старше всех присутствующих? По-твоему, мне там будет весело? Думаешь, молодые горячие парни в наши дни интересуются толстенькими матерями-одиночками тридцати шести лет от роду? Что-то мне так не кажется. Я думаю, их больше привлекают женщины, у которых грудь заканчивается выше пояса.

Руби: Не преувеличивай, тебе же тридцать шесть, а не девяносто! Мы вот с моим Тедди тоже познакомились в ночном клубе, и пускай он не Бред Питт, но в постели он сполна искупает недостатки своей внешности.

Рози: Правда? То есть тебе нравится, как Тедди занимается сексом?

Руби: А что, по-твоему, мы с ним разговоры разговариваем, что ли?

Рози: Этого я не говорила, я же не совсем дура. Я догадывалась, что вас что-то держит вместе, но никогда бы не подумала, что дело в сексе.

Руби: Ну ладно, бог с ним. Так что, пойдем куда-нибудь, повеселимся?

Рози: Спасибо, Руби. В смысле — спасибо, нет. Я правда не хочу ни с кем знакомиться. Мне ведь некуда даже пригласить мужчину. Не домой же его вести, тут мама спит в соседней комнате.

Руби: В чем-то ты права, пожалуй. Даю тебе небольшую отсрочку. Но рано или поздно я заставлю тебя получать удовольствие от жизни. Ты понимаешь, что означает это слово, Рози? Удовольствие. Развлекаться.

Рози: Первый раз слышу.

Руби: Что ж, отлично. На этих выходных мы с тобой снова сходим в кино, а после него, предупреждаю, я выставлю тебя на продажу.

Рози: Хорошо, но имей в виду: если я соглашусь, то на полную цену, без всяких скидок. И никаких арендаторов, только покупка.

Руби: А как насчет самовольных захватчиков?

Рози: Ха-ха-ха. Лица, незаконно вторгшиеся на частную территорию, будут преследоваться в судебном порядке.

Руби: Так и вижу тебя с ружьем в руках, выдворяющую мужчин со своей территории.

Рози: Да-да, так оно и будет!

Дорогая мама!

Прости, что не написала сразу же — столько дел, никак не было времени взяться за письмо. Здесь ужасно жарко, и мне нужно как следует загореть к приезду Джона. Пусть увидит, что я стала настоящей южной красоткой!

Папа встретил меня в аэропорту и был невероятно забавным! Он так разоделся, вернее сказать, разделся — короткие шорты и шлепанцы. Я и не знала, что у него есть ноги. Ты бы смеялась до упаду, если бы увидела. Еще на нем была гавайская рубашка, синяя в желтых цветах, и он совершенно серьезно утверждал, что рубашка черная (теперь я верю, что и на выпускной он тоже надел синий смокинг: он совершенно не различает цвета).

У него классная машина — с откидным верхом, цвета «электрик» (он думает, что она черная). Никогда раньше не каталась на такой машине. Остров очень красивый. Папа живет за пределами делового центра, у него большая белая вилла, таких тут десять вокруг одного огромного бассейна. Его сосед напротив — очень симпатичный парень, он целыми днями плавает в бассейне и загорает. Он такой красивый, коричневый, мускулистый — в общем, я целыми днями торчу у бассейна и пускаю слюнки. Папа ужасно бесится и просит его носить рубашку. Он вроде шутит, но видно, что очень сердится.

Через две недели приедут Тоби и Моника, будет весело, если, конечно, Моника не будет открывать свою пасть. Они будут жить в центре, там полно классных клубов. Кстати, насчет клубов — щас я тебе расскажу, что сделал папа. В день моего приезда он провел меня по всем барам и клубам и лично познакомил со всеми директорами и охранниками. Я решила, что теперь они меня запомнят и я смогу все время приходить. Так вот, на прошлой неделе я попыталась зайти в один из этих баров, а меня не пустили! И в остальные тоже. Ни в один! Я подумала, что они ненавидят папу и решили ему досадить, но вчера один из охранников привел своего пятнадцатилетнего сына, который тоже приехал к нему на лето, познакомил его с папой и ребятами на входе, а когда они ушли, папа велел своим парням запомнить этого мальчика и не