Не все кошки серы

и не спеша пошел к выходу, опираясь на старинную трость красного дерева.
– Ну? – повернулся Маркиз к Лоле, заметив, что она с интересом наблюдает за пожилым джентльменом. – Что ты на это скажешь?
– Тросточка стильная, – протянула Лола. – А чем он тебя настораживает?
Маркиз не ответил, внимательно наблюдая, как девица вытерла столик и поставила на нем табличку, что стол заказан.
– Так-так… – протянул он. – Видишь ли, Лола, этот старичок просто не может быть честным человеком, для этого у него слишком представительная внешность и ухоженные руки. То есть я хотел сказать, что таким людям не место в кафе у вокзала. Ты посиди тут пока, а я пойду посмотрю.
Леня тенью скользнул вслед за пожилым типом. Впрочем, следить за ним было нетрудно: старик шел медленно, с достоинством, рассеянно поглядывая по сторонам. Вот этот самый рассеянный взгляд поведал Маркизу очень многое, уж слишком он был нарочитый.
В самом деле, поначалу пожилой джентльмен производил впечатление человека праздного – в кафе посидел, по улицам погулял… Но гулять по привокзальным улицам никто просто так не станет – это не самое подходящее место для прогулок. И в кафе, судя по всему, старик проводил много времени, раз девица за стойкой была с ним так любезна и даже столик его никто не занимал. Определенно у него было в этом районе какое-то дело, и Леня Маркиз решил выяснить, какое именно.
Старик между тем еще раз поглядел на часы – было ровно два, – и уселся на скамейку в небольшом, довольно пыльном скверике.
По аллее непрерывным потоком текла толпа.
У выхода располагались сразу две остановки – трамвайная и автобусная, там роился народ с чемоданами и баулами. Кроме приезжих проскакивали и местные жители – на метро или на вокзал – мало ли по какому делу. Этих сразу можно было опознать – во-первых, без вещей, во-вторых – взгляд настороженный, женщины крепко прижимают в груди сумочку, а мужчины – локтем карман придерживают, чтобы бумажник не вытащили. Место людное, бойкое, для карманников – самое раздолье…
Леня наметанным взглядом оценил обстановку и уселся на скамейку таким образом, чтобы ему было видно все то же, что и старику. То, что старик не просто присел отдохнуть в таком людном месте, а у него какое-то дело, Маркиз понял сразу. Теперь требовалось выяснить, какое именно. Он обежал взглядом людей на остановке. Только что отошел трамвай, и народу немножко поубавилось. Леня отметил двух теток с полосатыми сумками – типичных челночниц, одну смуглую нищенку с маленьким ребенком, толстого дядьку с чемоданом. Сбоку пристроился пенсионер в соломенной шляпе, обнимающаяся парочка – парень бритый, девчонка вульгарно накрашена. Еще Леня заметил подростка – симпатичный такой паренек, одет просто, но чисто, а кроссовки и вовсе новые и дорогие. За спиной у мальчишки был рюкзачок – небось книжки там лежат, учебники или фантастика какая-нибудь.
Маркиз скосил глаза на старика. Тот усиленно придавал себе скучающий вид, но Леня-то видел, что он очень внимательно смотрел на остановку. В это время подгребли трое мужичков самого рабочего вида с бутылками пива в руках. Один из них споткнулся и чуть не облил пивом челночницу. Та заорала. Толстый дядька с завистью поглядел на бутылку и обтер пот со лба.
Вдали показался автобус, и народ сосредоточился возле поребрика. Вот автобус остановился, двери открылись. Тетки легко подняли тяжеленные сумки на плечи и поперли, как танки, нищенка заголосила, чтобы пропустили с ребенком, пенсионер робко жался сбоку. И в этот момент подросток зачем-то оглянулся на старика, Леня успел это заметить.
Маркиз покрутил головой и сказал себе, что если он что-то понимает в жизни, то подросток сейчас должен пристроиться за толстым дядькой с чемоданом. Дядька – форменный лох, да еще такой толстый, что и не почувствует, как у него шарят по карманам.
Так и вышло. Дядька подхватил свой чемодан и думал только о том, чтобы влезть в автобус, подросток на одно мгновение прижался к нему, сзади поднаперли мужики…
И тут подросток ужом скользнул вбок, чуть не под колеса, а когда автобус отъехал, Маркиз едва успел заметить его удаляющуюся спину.
Он перевел глаза на старика, тот отмечал что-то в записной книжке. Потом старик встал и неторопливо пошел дальше. Подростка уже и след простыл.
Что ж, на Ленин профессиональный взгляд юный карманник сделал все совершенно правильно. Дядька хватится пропажи только в автобусе, никто ему и сочувствовать не станет, скажут, чтобы не считал ворон и получше смотрел за деньгами.
Между тем интересующий Леню старикан прошел два квартала, свернул на боковую улицу и уселся на другой автобусной остановке, сделав утомленное лицо и обмахиваясь