Не все кошки серы

улыбнулся, – насчет школы – это громко сказано… А вы, простите, кто будете? Не из газеты?
– Нет, – улыбнулся в ответ Леня, – я не из газеты. И не из милиции.
– Что вы не из милиции, я сразу Понял, – сообщил старик, – ваша одежда и манеры…
И потом, сами понимаете, всю милицейскую братию, действующую на этом участке, я знаю наперечет.
– У меня к вам дело личного характера, – честно ответил Маркиз, – ничего сложного, просто хотелось бы получить некоторую информацию. Я выбрал такой необычный способ знакомства, потому что иначе вы могли бы не пойти на контакт.
– Ну что ж, – сказал старик, – с вашего разрешения, я скажу несколько слов этому юному недоразумению. Ты очень огорчаешь меня, Филимон, – строго сказал он.
– Я Филипп, – пискнул мальчишка.
– Сколько раз я говорил тебе, – продолжал старик, – прежде чем идти на дело, хорошенько подумай! Если бы ты иногда использовал свою голову по назначению, то сообразил бы, что человек в таком дорогом костюме не может просто так гулять возле ларьков. Он может на минутку выскочить из машины, чтобы купить сигарет, но это в самом крайнем случае. Где ты видел у этого господина машину?
Мальчишка пристыженно молчал.
– И еще, – продолжал старик, – ты должен был сразу понять, что если у человека хватило ума заработать на такой дорогой костюм и золотые часы, он не полный лох и не станет класть бумажник в задний карман брюк! Иди, Филимон, и скажи остальным, что на сегодня занятия окончены. А с тобой я поговорю позже.
– Я Филипп! – крикнул мальчишка, убегая, и показал Маркизу язык.
– Пойдемте, молодой человек, – поднялся старик, – здесь не дадут спокойно поговорить. Мне кажется, я заметил вас в кафе «Синий попугай», – добавил он.
– Вы удивительно наблюдательны, маэстро, – польстил Маркиз.
– Это профессиональное, – довольно при щурился старик.
Они пошли неторопливо, хотя Леня заметил, что старик опирался на трость только для вида.
– Прошу меня простить, – начал Маркиз витиевато, – что прервал ваш педагогический процесс…
– Молодой человек! – начал старик обиженно. – Совершенно не понимаю сарказма в вашем голосе! Думаете, это легко?
– С детьми всегда нелегко, – философски согласился Леня, – но вы не находите, что это несколько аморально – учить детей плохому? Скажу сразу, у меня самого детей нет и в ближайшее время не собираюсь их заводить, но все же сидит, знаете ли, в голове какая-то мысль, оставшаяся от старого режима, что в детские головы нужно «сеять разумное, доброе, вечное…»
– Что? – Старик даже остановился. – И как там дальше у этого поэта? «Сейте! Спасибо вам скажет сердечное русский народ?»
Боже мой, молодой человек! Тот поэт был наивным романтиком, но вы-то производите впечатление вполне разумного человека! Разумеется, плату за обучение я беру достаточно высокую, но зато даю в руки ребенку замечательную профессию. Конечно, если ребенок ее освоит. В таком случае перед ним открываются очень хорошие перспективы, и он всю жизнь будет меня благодарить. Вы ведь прекрасно знаете, что сейчас существует множество всевозможных «университетов» и «академий», которые за большие деньги обучают молодежь каким-нибудь бесполезным профессиям с красивым названием и после окончания которых самое большее, на что могут рассчитывать выпускники, – это место продавца на рынке или в магазине, а я даю своим ученикам настоящую, востребованную профессию! К вашему сведению, профессия карманника стара как мир. Достоверно известно, что карманники были в Древнем Египте…
– Верю, маэстро! – засмеялся Маркиз. – Верю также, что их не было у неандертальцев только из-за отсутствия у самих неандертальцев карманов и общественного транспорта.
– Вы все шутите, – грустно сказал старик.
– Не шучу, – серьезно ответил Леня, – возможно, вы и даете детям профессию, но все же… Таскать у старушек их жалкие пенсионные гроши.., или последние крохи зарплаты у бюджетника.., это как-то не очень.
А что еще можно украсть в автобусе?
– Кто говорит про автобус? – Старик замахал руками в негодовании. – Там работают неудачники! Все дело во внешнем виде. Я, например, всю жизнь грудился в филармонии.
Конечно, до тех пор, пока туда ходили приличные люди с деньгами – профессора, к примеру. Или же в Доме актера… Или на творческом вечере какого-нибудь знаменитого писателя…
Теперь обеспеченные люди туда не ходят То есть ходят все те же самые, только теперь они не обеспеченные… Но для молодежи открываются изумительные перспективы! А вы говорите – автобус…
Они как раз дошли до «Синего попугая».
Лола встретила Леню сердито – ей надоело киснуть