Не все кошки серы

и Лола набралась смелости и снова стукнула в дверь. На этот раз за дверью послышались шаги и в каморку вошел человек. Лола, которая подумывала о том, чтобы стукнуть этого типа ломаным стулом, возблагодарила Бога, что он не дал ей сделать глупость.
Череп вошедшего типа на первый взгляд выглядел монолитным. Сам он выглядел невысоким, но очень коренастым и широкоплечим. Руки были сильные с огромными лопатообразными ладонями. Голова покрыта редкими волосиками, надбровные дуги далеко выдавались вперед, так что с трудом можно было разглядеть под бровями маленькие злобные глазки. Кожа на лице была нездоровая, какого-то серого цвета, покрыта шишками и наростами, так что Лола про себя сразу же окрестила вошедшего Бородавочником.
– Очухалась? – нелюбезно заговорил вошедший. – Это хорошо, а то некогда мне с тобой тут возиться.
Лола отступила к топчану и села на него, потому что ноги ее не держали. Она узнала этот хриплый невыразительный голос. Именно этот тип звонил ей на мобильник Алисы и требовал вернуть то, что ей не принадлежит.
Именно он убил Алису, поняла Лола. И ее, Лолу, запросто может убить. Она осталась один на один с убийцей. Спасения не было.
– Что тебе нужно? – спросила пленница, вжавшись в стену, потому что отступать дальше было некуда.
– Отдай Алискины ключи! – сказал он вроде бы спокойно.
– Если ты забрал у меня сумочку, то знаешь, что ключей у меня нет! И дома ты у меня все перерыл, нет у меня ключей! – взвизгнула Лола.
– Ты.., не морочь мне голову, – посоветовал Бородавочник, – сумка ее была у тебя, в ней были ключи. Так что лучше отдай.
Лола поняла, что даже если она и отдаст ключи, даже не сами ключи, а голубой брелок, вернее, его содержимое, то все равно он ее не отпустит. Значит, он убил Алису, чтобы отобрать у нее сумочку с брелоком. Но сумочка оказалась чужая, так что брелок он не получил.
– Зачем тебе брелок? – спросила Лола. – Что тебе нужно?
– Мне нужно, чтобы ты его отдала, – сказал Бородавочник.
Лола прикинула про себя, не свалить ли все на Жанку и не послать ли этого типа к ней. Тогда одно из двух: либо он Лоле поверит и убьет ее за ненадобностью, либо не поверит и тогда ей тоже мало не покажется.
– Ну? – спросил Бородавочник. – Ты мое терпение не испытывай!
Он подошел к Лоле вплотную и легонько сжал ее шею. От этого перед глазами у нее заходили красные круги и перехватило дыхание. Отчего-то всплыла мысль, что несчастной Алисе можно было и не стрелять в висок, этот тип спокойно мог ее задушить.
– Выбирай, как в телевизоре, – усмехнулся Бородавочник, отпустив Лолу, – помощь зала, пятьдесят на пятьдесят или звонок другу… Советую тебя позвонить своему хахалю и сказать, чтобы привез брелок, а то…
– А что такое пятьдесят на пятьдесят? – Как всякая женщина, Лола была любопытна без меры.
– А это – на выбор! – охотно объяснил Бородавочник. – Либо один глаз тебе выколю, либо отрежу одно ухо, либо – одну ногу.
Пятьдесят на пятьдесят!
– Не подходи ко мне, урод! – завизжала Лола, представив себе, что он сейчас исполнит свою угрозу.
– Не ори! – Бородавочник всерьез рассердился. – А то будет тебе – помощь зала.
– А что это такое? – Лола снова дала волю своему любопытству.
– А это – там, за стенкой. Будешь плохо себя вести – сволоку тебя туда.
И тотчас из-за стены послышалось усиливающееся урчание, как будто мотоцикл прибавил обороты.
– Кт-то эт-то т-там? – от испуга Лола начала заикаться.
– Тигр там, уссурийский, – серьезно сказал Бородавочник. – Так что ты не ори громко, а то он нервничает.
– Мы что – в зоопарке?
– Угу, – мотнул головой странный тип, – может не веришь? Так я тебя живо с тигром познакомлю. Он знаешь сколько мяса в день ест? Сорок кило! А ты сколько весишь?
– Не т-твое дело…
– Ну, не важно, ему на два дня хватит!
– Как это на два дня? – возмутилась Лола. – Не на два, а на один!
– Мне без разницы, сколько дней он тебя хавать будет! – разозлился Бородавочник. – Звони своему хахалю!
– Леня, – умирающим голосом произнесла Лола в трубку, – Ленечка, меня похитили…

В случае, когда ему требовалась срочная консультация по любым вопросам, так или иначе связанным с экономикой или финансами, Маркиз обращался к своему старому знакомому Рудику Штейнману.
Когда-то, на самом закате советского периода, Рудика выгнали из знаменитого Финансово-экономического института, больше известного под сокращенным названием Финэк.
Причиной отчисления была фарцовка, и Рудик чудом не попал под суд. С тех пор многое изменилось, и та деятельность, за которую Рудика едва не отправили