В Ипоре, на самом высоком прибрежном утесе Европы, Джамал замечает красный шарф, висящий на ограде, а затем — женщину, невероятно красивую, в разорванном платье, стоящую с застывшим взглядом спиной к обрыву. Джамал, словно спасательный круг, набрасывает на нее шарф… Однако спустя несколько секунд на холодную гальку пустынного пляжа падает бездыханное тело неизвестной. С красным шарфом на шее. Все думают, что ее столкнул Джамал. А он просто хотел ее спасти. Так считает Джамал, но можно ли ему верить? «Не забывать никогда» — очередной захватывающий детектив от мастера интриги Мишеля Бюсси.
Авторы: Мишель Бюсси
и такая же кретинская! Магали не скончалась от удушья, она совершила самоубийство.
Медленно покачав головой, Мона задумалась.
— Менее чем через два часа мне предстоит встреча с капитаном Пирозом, — продолжил я. — Должен тебе сказать, Мона, у меня заранее мурашки бегают. Я… по сути, я являюсь идеальной фигурой для преступника.
— У них ничего нет против тебя. Это не твоя сперма, Джамал! У тебя есть судимость?
— Нет!
— Ты никогда никого не убивал? Никогда никого не грабил?
Она слегка раскачивалась, сидя на мотоцикле. В латексном комбинезоне, с разметавшимися по плечам волосами, она напоминала ангела ада на миниатюрном «Харлей Дэвидсоне».
Я улыбнулся ей с видом отчаявшегося Друпи;
похоже, в этой улыбке заключалось все мое обаяние.
— Грабил, было. Чтобы заплатить за свое обучение. Но я никогда не попадался, у меня безупречный метод.
Зрачки ее задрожали. Она явно была рада сменить тему.
— Очередная история?
— Я совершал кражи только летом, на берегах рек, в ущельях Тарна или Ардеша. Знаешь, это настоящие автострады для каноэ и каяков. Я крал из железных ящиков, куда туристы складывали свои документы, часы и мобильные телефоны, а потом, вытащив на берег лодки, отправлялись скакать по скалам. В кемпинге или на пляже невозможно шарить в сумках, там все смотрят за всеми. Но когда ты в желтом спасательном жилете, а перед тобой три десятка каноэ, никто не обратит на тебя внимания.
Мона чуть не упала со своего мотоцикла.
— Черт. Гениально придумано. Ты, действительно, проделывал такие трюки?
Она пристально вглядывалась в каждую мою ресницу.
— Возможно… Обожаю придумывать истории.
Ответ прозвучал, как удар.
— А красный шарф ты тоже придумал?
Фраза вырвалась у нее невольно. Она произнесла ее инстинктивно. По крайней мере, в тот момент я думал именно так. Я был уверен, что она не подготовлена заранее.
Лицо мое помрачнело.
— Черт, только не ты, Мона!
— Что «не ты»?
— Мона, послушай меня, я не имею отношения к смерти этой девушки. И к изнасилованию. Четырехлетний пацан — и тот понимает разницу между игрой, между тем, что делают понарошку, и тем, что всерьез. Мне кажется, ты об этом забыла, Мона…
Я умолк и посмотрел ей прямо в глаза.
— Если я не могу доверять тебе, тогда кому же?
Похоже, она обиделась. Стараясь не повышать голоса, она встала и произнесла:
— Все хорошо, Джамал. Успокойся. Я тебе верю.
Мое сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Я не блефовал. Я действительно готов был запаниковать. Одному невозможно разобраться в этой безумной истории.
Если Мона меня бросит…
Если Мона меня бросит, кто мне поверит?
Полиция?
Андре? Кристиан Ле Медеф? Дениза и Арнольд?
Вы?
Мы с Моной могли молчать целую вечность.
Мона уже собиралась уходить, как зажигательная мелодия «La Grange» в исполнении рок-группы «ZZ Тор» неожиданно взорвала воздух.
Это зазвенел мой мобильный! Пришла смс-ка. Я нервно нашарил в кармане телефон.
— Поклонница? — с любопытством спросила Мона.
Похоже, она обрадовалась, что некая сила извне разорвала паутину, в которой запутались мы оба. Я прочел послание и начал разряжать обстановку:
— Ты даже не представляешь, как ты угадала…
— Молодая и хорошенькая?
— Хорошенькая — да. И очень молоденькая.
— Сколько ей лет?
— Пятнадцать…
Мона привстала на цыпочки и окинула меня удивленным взглядом.
— Ее зовут Офели, она подросток из клиники Сент-Антуан. Ее изнасиловал собственный отец. Подарок на день рождения. Тогда ей исполнилось восемь лет. Последствия сказываются до сих пор. Вспышки ярости. Психическая неуравновешенность. Нарушения сексуального характера… Ни один взрослый, ни один воспитатель, психиатр или препод не может с ней договориться. Но мне удается найти с ней общий язык.
— И она звонит тебе во время каникул?
— И ты туда же. В клинике меня с этим достали. По их мнению, я слишком с ней сблизился и мешаю процессу исцеления…
— Они правы, — заметила Мона. — У каждого своя работа. А чего хочет от тебя эта крошка?
Я протянул Моне телефон, чтобы показать присланное Офели фото. Она позировала, прижавшись лицом к щеке чернокожего бугая, половину ноздри которого занимал пирсинг. К фото прилагалось короткое послание. Два слова: «Какая оценка?»
