Загадочный дневник, который почти невозможно расшифровать, стал подлинным подарком судьбы для красавицы Олимпии Вингфилд, исследовательницы старинных рукописей. Но за дневником охотится и еще один человек — бесстрашный Джаред Чилдхерсг, мужчина, соединившей в себе черты благородного джентльмена и лихого пирата. Чтобы выведать у Олимпии тайну, Джаред готов на все — даже разыграть пылкого возлюбленного. Однако игра становится правдой, а придуманная любовь — сводящей с ума настоящей страстью. Посвящается Ребекке Кабаза — редактору, которая прекрасно разбирается в жанре любовного романа Работа с вами доставляет радость.
Авторы: Квик Аманда
избранницу в особое место в джунглях, считающееся магическим. Мне рассказывали, что оно представляет собой лагуну с гигантским водопадом. Вода каскадами низвергается по скалистой стене. — Очень мило. — Олимпия отхлебнула еще немного бренди. — Что же дальше?
— Если женщина желает, чтобы за ней ухаживали и впредь, она разрешает мужчине поцеловать себя под водопадом. — Джаред повертел бокал в руках. — Этот знак расположения позволяет ему выказать свою любовь. Легенда гласит, что любой союз, зарождающийся в таких обстоятельствах, оказывается гармоничным и плодотворным.
— Как интересно. — Олимпия живо вообразила, каково это — быть поцелованной Джаредом. Когда он находился здесь с ней, он выглядел таким стройным, сильным и могущественным. Она подумала, что, без сомнения, он сможет поднять ее одной рукой.
Она представляла себе, что будет чувствовать, если Джаред сейчас подойдет к ней, возьмет за плечи и поставит ее на ноги.
И прижмет к своей груди.
И накроет ее рот своими губами.
Испугавшись, что ее мысли приняли опасное направление, Олимпия вздрогнула, бокал покачнулся, и бренди выплеснулось на стол.
— С вами все в порядке, мисс Вингфилд?
— Да, да, конечно. — Олимпия поставила бокал на стол.
Смущенная собственной неловкостью, она смахнула платочком капли влаги, лихорадочно подыскивая тему для разговора.
— Кстати, к слову об интересных формах ухаживания у жителей южных морей. — Олимпия устремила глаза на бренди. — Я недавно читала об очень необычных традициях, часто встречающихся на южных островах.
— Серьезно, мисс Вингфилд?
— Среди обитателей одного из островов принято, чтобы жених дарил своей невесте большой золотой слиток в форме фаллоса.
На другом конце комнаты воцарилась тишина.
Олимпия подняла взгляд, предположив, что Джаред мог не услышать ее. Она ощутила странное беспокойство, когда увидела его взволнованное лицо.
— Золотой фаллос? — выдохнул Джаред.
— О да. — Олимпия уронила платочек, пропитанный бренди, на стол. — Весьма странный обычай, вы не находите, сэр? Как по-вашему, что можно делать с большим золотым фаллосом?
— Трудно ответить сразу, но подозреваю, что эта загадка имеет очень серьезное решение.
— Без сомнения. — Олимпия вздохнула. — Но увы, я никогда не узнаю истину, ибо никогда не смогу посетить южные моря.
Джаред отставил свой бокал и поднялся.
— Как вы сами заметили, мисс Вингфилд, для того чтобы приобрести большой жизненный опыт, человеку совсем не обязательно много путешествовать.
— Совершенно верно. — Она наблюдала за тем, как он решительно приближается к ней. — Что-нибудь случилось, мистер Чиллхерст?
— Да. — Он обогнул стол, наклонился и резким движением выхватил Олимпию из кресла. — Есть тайна, которую я хочу сегодня ночью узнать, мисс Вингфилд, и только вы способны ее открыть.
— Мистер Чиллхерст?!
Олимпия с трудом могла дышать. Ее охватывали волны возбуждения. Она чувствовала себя так, будто сейчас растает.
— Что вас интересует, сэр?
— Вы поцелуете меня, мисс Вингфилд?
Олимпия была так потрясена, что не находила слов для ответа. Она сделала единственное, что могла сделать в этом состоянии: обхватила шею Джареда руками и подняла лицо в молчаливом ожидании.
Неожиданно, но совершенно отчетливо она осознала, что ждала этого мгновения всю свою жизнь.
— Сирена.
Руки Джареда крепко обвили ее тело, а губы ее растворились в его губах.
Огонь. Поток неистового, сжигающего пламени пробегал по телу Олимпии. Ее охватило чувство восторга и радости.
Поцелуй Джареда был горячим и требовательным. Он уговаривал и завоевывал, обжигал и завладевал. Каждое движение его губ заставляло ее трепетать.
Она ощущала жар его тела и силу рук. Он подавлял ее сознание, но страха не было, лишь безграничное, волнующее наслаждение. Она еще крепче обвила руками его шею, а он погружал ее в глубины чувств.
Джаред застонал, когда она, подчиняясь его мягкому требованию, приоткрыла рот.
— Я не могу дождаться момента, когда услышу твою песню, моя сладкая сирена, — прошептал он в ее раскрытые губы.
Ощущение прикосновения его языка испугало Олимпию.
Инстинктивно она постаралась отступить.
— Не сейчас. Я хочу распробовать тебя.
Олимпию застали врасплох его странные слова.
— Распробовать меня?
— Вот так. — Джаред вновь занялся ее ртом, смакуя его со всей основательностью. — И так… Мой Бог, ты пьянишь сильнее, чем лучшее бренди.
