Загадочный дневник, который почти невозможно расшифровать, стал подлинным подарком судьбы для красавицы Олимпии Вингфилд, исследовательницы старинных рукописей. Но за дневником охотится и еще один человек — бесстрашный Джаред Чилдхерсг, мужчина, соединившей в себе черты благородного джентльмена и лихого пирата. Чтобы выведать у Олимпии тайну, Джаред готов на все — даже разыграть пылкого возлюбленного. Однако игра становится правдой, а придуманная любовь — сводящей с ума настоящей страстью. Посвящается Ребекке Кабаза — редактору, которая прекрасно разбирается в жанре любовного романа Работа с вами доставляет радость.
Авторы: Квик Аманда
с дневником.
Остерегайтесь смертельного поцелуя Гардиана, когда вы проникнете в его сердце в поисках ключа.
Олимпия не имела ни малейшего понятия, что означают эти слова, но чувствовала, что в них заключен очень важный смысл. Она начала перелистывать страницы. Приглушенный лай, раздавшийся рядом с кухней, заставил ее остановиться.
Что-то разбудило Минотавра. Встревожившись, Олимпия отложила дневник и откинула покрывало. Она соскочила с высокой кровати, прошла через спальню к камину и взяла в руки железную кочергу. Затем накинула на себя халат.
Подойдя к двери, она осторожно ее приоткрыла. На первом этаже царила полная тишина. Минотавр умолк. Олимпия поняла, что шум, встревоживший пса, больше не повторится.
Возможно, его разбудила кошка или другой маленький зверек, шуршавший на кухне в поисках объедков.
Однако она не могла отделаться от ощущения смутной тревоги.
Олимпия подняла полы халата и стала спускаться, крепко сжимая кочергу. У основания лестницы она почувствовала холодный ночной ветерок; казалось, тянуло сквозняком из библиотеки.
Олимпия поспешила туда. Она помнила, что, уходя спать, оставила дверь полуприкрытой. Ничего не изменилось. Она с помощью кочерги резко распахнула дверь.
Острый запах бренди заставил ее поморщиться. С суровым лицом она медленно вошла в комнату.
Света было достаточно, чтобы увидеть, как слегка колеблются шторы от легкого дуновения ночи. Олимпия вздрогнула. Она была уверена, что не оставляла окно открытым, так как всегда тщательно проверяла задвижки на окнах и дверях первого этажа, перед тем как отправиться спать.
Конечно, напомнила она себе, сегодняшнюю ночь трудно отнести к разряду обычных. Когда она поднималась наверх, ее голова была полна мыслями о Джареде, и она вполне могла забыть проверить запоры в библиотеке.
Когда Олимпия подошла к окну, запах бренди стал еще сильнее. Внезапно она коснулась босой ногой мокрого пятна на ковре и представила самое ужасное.
Ее пронзил страх. Поборов его, она поспешила к столу.
Керосиновая лампа, посопротивлявшись, все-таки зажглась.
Тщательный осмотр подтвердил, что комната пуста.
А влажное пятно на ковре — всего лишь пролившийся из опрокинутого графина бренди.
Олимпия затаила дыхание. Кто-то бродил по ее библиотеке всего несколько минут назад..
— Что мы будем изучать сегодня утром, мистер Чиллхерст? — спросил Итон, намазывая на хлеб джем.
Джаред открыл ежедневник, лежавший рядом с тарелкой. Он посмотрел на запись, сделанную в графе «Утренние занятия».
— Геометрию.
— Геометрию?! — Из уст Итона вырвался жалобный стон, который шел, казалось, из глубины души.
Джаред, не ответив на выпад Итона против геометрии, закрыл ежедневник. Он вновь обратил внимание на напряженное, отвлеченное от всего происходящего лицо Олимпии. Что-то было не в порядке, но он не понимал причины ее тревоги. Мысль, что она может раскаиваться в том, что позволила себе с ним вчера ночью, заставила его похолодеть.
Он подумал, что слишком торопился. Следовало дать ей больше времени, чтобы привыкнуть к страсти, разрастающейся между ними со сверхъестественной быстротой. Нельзя рыло все разрушать чересчур сильным и поспешным натиском.
— Я не питаю интереса к математике, — объявил Хью.
— Особенно к геометрии, — добавил Итон. — Мы на все утро застрянем дома.
— Нет, сегодня мы дома сидеть не будем. — Джаред посмотрел на миссис Берд:
— Еще немного кофе, если позволите.
— Да, сэр. — Миссис Берд с кофейником в руках неуклюже подошла к столу. Наполняя чашку Джареда, она мрачно смотрела на Итона. — Что вы, по вашему мнению, делаете с этой сосиской?
— Ничего, — ответил тот с ангельским выражением.
— Вы скармливаете ее собаке под столом, не так ли?
— Вовсе нет.
— Да, да, — радостно сказал Хью. — Я видел.
— Ты не можешь этого доказать, — нашелся Итон.
— Совершенно не нужно доказывать, — заметил Хью. — Мы все знаем, что это правда.
Олимпия подняла глаза, моментально оторвавшись от меланхоличного созерцания яиц на тарелке:
— Вы снова спорите между собой?
— Дискуссия закончена, — сказал спокойно Джаред. Он бросил на близнецов уничтожающий взгляд, после чего они немедленно затихли. — Миссис Берд, возможно, будет лучше, если вы удалите Минотавра из комнаты.
— Вы правы, сэр. Никогда не одобряла собак в доме. — Миссис Берд подошла к двери и щелкнула пальцами, глядя на Минотавра.
Огромная собака неохотно вылезла
