Нечаянный обман

ее вспыхнуть.
— Я только пыталась оценить ситуацию с практической точки зрения.
— Предоставь практическую сторону нашей жизни мне, я неплохо с этим справляюсь.
Олимпия нахмурилась:
— Не кажется ли тебе это странным?
— Что именно?
— Ты такой практичный и разумный, но в то же время в тебе бушуют страсти, которым ты никогда не даешь выплеснуться наружу. Твое самообладание порой пугает меня, милорд.
— Благодарю. Я всегда стараюсь контролировать себя.
Она одобрительно улыбнулась:
— И правда, стараешься. Главное, что тебе это почти всегда удается, Джаред!
— М-м-м?
Она коснулась черной бархатной повязки на его глазу.
— Ты никогда не рассказывал мне, как ты потерял зрение.
— Это не столь поучительная история.
— И тем не менее я хотела бы услышать ее. Я хочу знать о тебе все. — Джаред перебирал ее волосы.
— У меня есть двое племянников, Чарльз и Уильям, которые всю жизнь стараются во что бы то ни стало быть достойными репутации нашей семьи.
— О чем ты?
— Они милые, только слишком отчаянные, безрассудные, а то и просто надоедливые непоседы. Когда им было четырнадцать и шестнадцать, они решили заняться незаконной торговлей. Они связались с контрабандистом, который возил товары во Францию.
— И что произошло?
— Я узнал об их планах в ту ночь, когда они только-только начинали. Мои отец и дядя оказались замешанными в Италии в очередную авантюру. Ко мне пришла в слезах моя тетка, мать этих мальчуганов, и умоляла меня уберечь Чарльза и Уильяма от беды.
— Сколько тебе было лет?
— Девятнадцать.
— Так ты… Той ночью что-то произошло? — встревожилась Олимпия.
Джаред недовольно поморщился.
— Да уж не без этого… Всегда что-то происходит, когда кто-нибудь из моей семьи замышляет очередные идиотские планы. У мальчиков возникли осложнения с капитаном судна, которое перевозило через Ла-Манш контрабанду.
— А что он сделал?
— После того как мои племянники разгрузили корабль и складировали товар на берегу, капитан счел, что больше не нуждается в их помощи. Но делиться выручкой ему тоже не хотелось. Он решил завладеть товарами и не оставлять свидетелей.
Олимпия в ужасе уставилась на незрячий глаз Джареда.
— Он пытался убить их?
— Я подоспел в тот момент, когда он собрался пристрелить Чарльза Мои племянники были безоружны А со мной был только отцовский кинжал. — Джаред помолчал. — К счастью, отец научил меня пользоваться им. Но к сожалению, капитан этой посудины был удачливее меня. Он с первого броска попал мне в глаз.
— Бог мой! — прошептала Олимпия. — Он же мог тебя убить! Ты мог погибнуть!
Джаред посмотрел ей в глаза и странно улыбнулся.
— Как видите, этого не случилось. Ни со мной, ни с моими племянниками. Все хорошо, что хорошо кончается, сирена.
Олимпия горячо обняла его.
— Такого больше никогда не должно повториться, Джаред.
— Уверяю тебя, что я и сам не любитель подобных ощущений, — прошептал Джаред. — Я не ищу их.
Олимпия крепче прижалась к нему.
— Джаред, как только я думаю о том, чего стоила тебе эта ночь…
— Не думай о похищении Роберта. — Джаред взял в руки ее лицо. — Тебе понятно? Не думай и даже не заводить разговоров на опасную тему.
— Но, Джаред…
— Олимпия, с похищением покончено. Как было покончено пятнадцать лет назад. Впервые поел? той ночи я заговорил о роковых событиях, которые стоили мне глаза. И больше говорить не желаю.
Она ласково прикоснулась к его твердому подбородку.
— Он умер, да? Ты вынужден был убить человека, покушавшегося на твою жизнь и жизнь твоих племянников. Потому ты не хочешь вспоминать о тех событиях?
Он приложил палец к ее губам.
— Ни слова больше, сирена. Иначе разговор наш плохо кончится. Что случилось, то случилось. Прошлого не изменишь.
— Хорошо, Джаред. — Олимпия надолго умолкла. Ее голова покоилась у него на плече. Перед ее мысленным взором проносились страшные видения той роковой ночи.
Он умный человек, думала она, человек, тонко чувствующий, чрезвычайно эмоциональный. Такой не может пройти равнодушно, когда совершается насилие. Самые страшные шрамы остаются в душе.
Джаред шевельнулся.
— Да, насчет Роберта.
Олимпия нахмурилась и в тот же миг мысленно перенеслась в настоящее.
— Бедняжка Роберт! Думаю, пришло время обсудить происшествие в Воксхолл-гарденс.
— Да тут и обсуждать нечего.
— Напротив. Надо выяснить, кто пытался его похитить и почему. Я знаю, ты не слишком прислушиваешься к мнению о том, что Гардиан охотится за дневником леди Лайтберн, но мне кажется,