Нечеткая грань

же, но пустой. Деньги лежали в этом чемодане. На ручке есть номер.
— Где же пустой? — спросил Крутов.
— Я даже не спрашивал, для чего он ему был нужен.
— Это все, что вы можете сказать?
— Нет. О похищении мы узнали, когда приехали с Дмитрием к нему домой и застали странную картину. На ступенях дома сидел почтальон, все зовут его Петровичем. Рядом сидели Роза, служанка и художник. Петрович сообщил о случившемся. Кристина разговаривала с ним по телефону, когда пришли похитители. Она положила трубку рядом с аппаратом и пошла открывать дверь.
— Хорошо. Петляр заплатил выкуп?
— Как я слышал, он вместе с художником отвозил деньги похитителям в тот же день, когда получил их, а ночью вернулась Кристина, ее отпустили.
— Понятно. Чемодан останется пока у нас, он фигурирует в деле как улика, — вставая, сказал Крутов.
— Пожалуйста. Мне оплатили его стоимость.
— Даже так? — усмехнулся Вербицкий. — За инкассаторские сумки вы тоже берете деньги?
— Напрасно усмехаетесь. Такой чемодан стоит двенадцать тысяч долларов. Сверхпрочный титановый сплав. Металл наш, изготовление немецкое, замки швейцарские. Его невозможно открыть, если вы не знаете кода, нельзя и взломать. В таких чемоданах перевозят на дальние расстояния золото, платину и алмазы. Удивило меня другое. Стоимость оплатил Кузьма Шерман со своего счета, а он человек небогатый.
— Петляр ему мало платил?
— Мало. По убеждению Дмитрия Андреевича, приказчики испокон века обкрадывают своих хозяев, им можно вовсе не платить жалованье. Шерман не исключение, но старается не наглеть, оттого и держится на своем месте больше десяти лет.
— Для чего, по-вашему, мог потребоваться второй чемодан? — спросил Вербицкий.
— Не имею представления. Задайте этот вопрос Шерману.
— Вы его не очень любите?
— Дмитрий не только мой клиент, но и большой друг. Он соучредитель нашего банка. Мне неприятно осознавать, что такого человека окружают прохвосты. Я не раз говорил ему об этом, а он только смеялся. «Какой смысл увольнять одних, чтобы их места заняли такие же. Своих я уже знаю, а к новым придется привыкать и заново подстраиваться».
— Логично, — кивнул Вербицкий. — Извините за отнятое у вас время.

Кузьма Шерман продолжал поливать клумбы в своем саду, не обращая на гостью внимания. И вдруг выпрямился и резко обернулся.
— Ну о чем ты говоришь, Тина? Дом тебе не принадлежит. Он переписан на дочь Мити, и только она может распоряжаться этой недвижимостью. Днями вы должны переехать в Москву.
— Кто и с кем? Митя исчез. По мнению следствия, он погиб в автокатастрофе. Труп унесло в море.
— Я в это не верю. Дмитрий жив.
— Ночью он пьяным сел за руль. Предполагается, что с ним вместе ехал Афанасий. Исчезли оба. Если Митя погиб, то что мне делать?
— Утопиться. Встретишься с мужем на том свете. Ты умная женщина и не можешь не знать наших законов и правил. Следствие должно доказать факт смерти. Это раз. Только после того как тебе на руки выдадут свидетельство о смерти мужа, пойдет отсчет времени. Завещание будет оглашено по истечении полугода после установления смерти. Если выяснится, что Дмитрий погиб насильственным путем, деньги уйдут в благотворительный фонд его имени, а ты будешь получать гроши. Ровно столько, чтобы не сдохнуть с голода. Для чего я все это рассказываю, ведь он диктовал завещание при тебе. А теперь я передал его в суд.
— Зачем? — возмутилась Кристина.
— Затем, что я уволен. Дмитрий обрубил все концы. В Москве я ему не нужен. Акции компании он продал Богданову, он стал владельцем компании. Митя собирался открыть новую компанию в Москве, начать жизнь с чистого листа. Мы все здесь мелкие шавки и порядком поднадоели ему. Года не пройдет, как Богданов разорится, он бездарь. Без Мити не мог принять ни одного правильного решения, а если принимал, то твой муж успевал исправить положение.
— Значит, и компания мне не даст никаких денег?
— Конечно.
— Что же мне теперь, на панель выходить?
— А почему нет? Нужда заставит, пойдешь и на панель. У тебя есть бриллианты. Они принадлежат тебе.
— Я заглядывала в банковскую ячейку перед тем как идти к Войцеку, она пуста. Вероятно, Митя и драгоценности перевез в Москву.
— Да, загнали бабу в угол. Но ты того стоишь! Кристина пропустила мимо ушей очередную гадость, сказанную в ее адрес.
— Я могу продать катер?
— Он тебе не принадлежит. Можешь загнать перекупщикам за гроши, но его быстро найдут. Машина уникальная.
— А кто заявит об угоне?
— Я в твои дела больше не лезу. После двенадцати лет безупречной службы Митя меня вышвырнул на улицу, как котенка. Мне о себе думать