Нечеткая грань

женам. Вместо общения с мужем она была вынуждена все вечера сидеть в своей комнате и грызть ногти.
— Ладно, — покачал головой Дымов. — А с этим что будем делать?
Следователь, как фокусник, выдернул из папки целлофановый пакетик с колечком.
— Только не говорите, что оно не ваше. Сережки от гарнитура лежат на вашем трюмо. Гарнитур был продан вам десятого февраля прошлого года ювелирным бутиком, и этот факт зафиксирован.
— Да, кольцо — серьезный аргумент, — развел руками Сатановский. — Единственная деталь во всем обвинении, за которую можно уцепиться. Жаль! Очень жаль, что из этого ничего не получится. Это колечко суд не будет рассматривать как улику, а вы огребете неприятностей по полной программе. Я очень постараюсь. Кольцо подброшено милицией специально. От безысходности. Мне известно, что господа Вербицкий и Крутов проводили обыск в доме Кристины, без санкции суда лазили по всем ящикам и шкатулкам в отсутствие хозяйки и понятых. Домработница тому свидетель. И у вас хватает наглости приобщить кольцо к делу? Я был о вас лучшего мнения, господа. Вся ваша пирамида рухнула, а обвинения не стоят ломаного гроша. Вы даже не можете доказать, что Дмитрий Петляр мертв! Где труп? Где доказательство, что миллион украли? Кстати. Деньги вам придется вернуть, номера купюр были зафиксированы. Вас отблагодарят за усердие. А почему грабитель не забрал деньги с собой? Вам оставил в качестве взятки? Чушь несусветная! Что же получается? Нет никакой жертвы. Подозреваемого не нашли и вряд ли найдете. И с этой папочкой вы собираетесь идти в суд? Не смешите своих коллег. Кристина Борисовна достаточно пережила и устала, я собираюсь отвезти ее домой и надеюсь, вы перестанете ей досаждать своими бесполезными визитами. Позвольте откланяться. Есть возражения?
Адвокат встал. Речь была произнесена на одном дыхании, заразительно, ярко, но уже без улыбок.
Дымов нахмурил брови, захлопнул папку и тихо сказал:
— Свободны.

Похоже, он выжидал. Пока Кристина не решила всех своих проблем, Степан Негода не появлялся. И вот его уродливая фигура вновь замаячила под окнами дома. Кристина спустилась вниз и вышла на веранду.
— Вы похорошели, любезная хозяйка.
— Я не хозяйка, я здесь гостья.
— Не имеет значения. Вы скоро уедете из этих мест и, возможно, навсегда. Вам предстоит большое путешествие с экзотическими приключениями в поисках утерянного ковчега.
— Опять юлите, сыщик? Впрочем, мне все равно. Здесь меня ничто не держит, я свободна как птица.
— Чего добивались, то и получили. Вопрос в цене. Ваша свобода очень дорого вам стоила.
— Присаживайтесь. С этим дурацким потрепанным портфелем вы похожи на канцелярскую крысу. Нарукавников не хватает и старых деревянных счетов с косточками.
Садиться гость не стал.
— Я не нарцисс и прекрасно знаю свои достоинства и недостатки. Я же не в любовники к вам набиваюсь, а в партнеры. Вы думали над моим предложением?
Кристина взяла бутылку с вином, помедлила и поставила ее на место.
— Если вы так легко предали моего мужа, как я могу полагаться на вас?
— Ошибаетесь. Я никого не предавал. Вы читали наш контракт с Дмитрием. В пункте девять сказано: «В случае неуплаты гонорара в указанные настоящим соглашением сроки договор теряет свою силу и может быть расторгнут в одностороннем порядке».
— Мне тоже придется заключать с вами договор?
— Обязательно. Моя задача — вернуть вам наследство, сумасшедшие деньги, из которых мне причитается десять процентов. Такие суммы требуют серьезного внимания.
— Хорошо. Давайте к делу, не то я усну.
— Я переписал с телевизора одну передачу и хотел бы вам ее показать. Ничего особенного, но вам стоит взглянуть.
— Хорошо. Идемте в дом.
На экране появились титры: «Свои люди, сочтемся». Спектакль Новосибирского театра драмы.
— Вы хотите напомнить мне школьную программу? — усмехнулась Кристина.
— Нет. Показать талантливых артистов. Обратите внимание на Глумова и Крутицкого. Имена артистов мы прочтем в титрах.
Сыщик промотал пленку и показал несколько сцен. Кристина смотрела очень внимательно, пепел сигареты упал на ее чудное платье. Негода нажал кнопку «стоп».
— Достаточно?
— Значит, меня похищали не бандиты, а обычные провинциальные артисты?
— Почему же обычные. У них есть звания, театр известен всей России. Важно, что вы их узнали.
— Еще бы. Молодцы. Играли свои роли убедительно. Кто их нанял?
— Я задам этот вопрос им.
— А как вы их узнали?
— Они следили за вами, а я за вами, за ними и еще за одним типом, которого зовут Сергей. Мой коллега. Его уволили из органов за взятки и вымогательство,