Недетские игры

ни понимать, но кое-что уже умел. Его маленькая подруга обещала никому не говорить, что учит его рисовать, даже маме. Почему-то ему было особенно неудобно именно перед Агнессой Вацлавной, хотя она никогда не ругалась на него, наоборот, всегда была спокойной и ласковой. Правда, иногда все-таки наказывала за какие-то проделки, но обычно это была помощь кому-то из сотрудников.
Загребая ногами пыль, осевшую на асфальте, он ждал возвращения Ярослава Андреевича, чтобы передать с рук на руки охраняемую машину. Сам факт того, что ему разрешают её мыть, ничуть не оскорблял мальчика, а заставлял гордиться оказанным доверием. Пусть даже такая привилегия досталась за нехороший поступок. Мишка давно понял, как был не прав, когда испортил дверцу, но сказать не мог. Слова извинения вертелись на языке, но, стоило только попробовать их произнести, как в горле что-то сжималось, а щекам становилось горячо-горячо…
— Миш, ты не знаешь какое-нибудь место, где можно посидеть в тишине? — Ярослав Андреевич, хотя и был высоким и крупным, всегда ходил очень тихо, чем поначалу сильно пугал мальчика. — Чтобы там народу было поменьше.
Мишка задумался над вопросом, польщенный, что его мнением интересуется такой, как Ярослав.
— Знаю, только это за городом и ехать далеко.
— Покажешь? — мужчина открыл дверцу пассажирского сиденья, приглашая мальчика сесть внутрь. А Мише до дрожания в коленях захотелось устроится в светло-сером кресле, ладонями провести по холодной коже, погладить переднюю консоль из красновато-коричневого дерева… Но инстинкты и данное однажды обещание не позволяли сделать даже шаг в этом направлении.
— Мне нельзя садиться в чужие машины, — ему было жутко обидно, но Миша обещал, что никогда не поедет ни с кем без разрешения взрослых.
— Это тебе бабушка сказала?
Ребенок отрицательно помотал головой, тайком вдыхая исходящий из салона вкусный воздух, немного отдающий хвоей и лимоном.
— Нет, Агнесса Вацлавна…
— Давай сделаем так — ты сейчас позвонишь и спросишь. Если она разрешит, можешь поехать со мной. Если захочешь, конечно, — он вынул из кармана мобильник.
— А можно? — мальчику очень хотелось, но вдруг она согласится, а Ярослав Андреевич передумает…
— Если бы не хотел взять тебя с собой, не спрашивал бы, — Невзоров набрал номер Агнеши. — Привет, с тобой тут кое-кто хочет поговорить, — не дав ей ответить, мужчина протянул Мишке трубку.
— Агнесса Вацлавна, здрасте, — он заторопился, немного глотая слоги, — можно я кое-куда съезжу с Ярославом Андреевичем?
— Доброе утро, Миш, — голос у неё был слегка запыхавшимся, словно девушка в этот момент бежала. — А куда именно?
— Ну, он попросил показать, где можно посидеть на природе, чтобы людей рядом не было, — мальчик сомневался, стоит ли говорить, вроде это же чисто мужское дело… Но, заметив, что мужчина кивнул, уточнил. — Знаете остров за мостом, который на окружной дороге?
— Да, знаю… Конечно, можно. Только дай сначала трубочку Ярославу Андреевичу.
Ярик забрал свой телефон и отошел на пару шагов, чтобы Мишка не услышал их разговор.
— Что ты делаешь? — если бы мужчина не изучал её в течение последнего времени, поклялся бы, что она злится. Но, похоже, такая сильная отрицательная эмоция ей просто не знакома.
Ему очень хотелось ответить, что он прекрасно понимает, как будет себя чувствовать пацан, когда поймет, что остался один, но тот стоял слишком близко, к тому же, жадно прислушивался. Именно поэтому Невзоров ограничился лаконичным:
— Хочу подышать свежим воздухом, а Миша покажет, где это делать лучше всего. Я тебе позже перезвоню.
Он для верности отключил мобильник, хотя знал, что Нешка, при желании, может найти его и так. Тем более, что на запястье Красина болтался все тот же тонкий, похожий на кожаный, браслет.
— Ну, благословение получили, по коням?
Мальчик нырнул под его рукой, устраиваясь на пассажирском сиденье, с восторгом осматриваясь по сторонам.
— Мне же ещё нельзя впереди сидеть…
— Стекла тонированные, снаружи не видно, а мы никому не скажем, — Ярик устроился за рулем и повернул ключ зажигания. Детище прославленных баварских мастеров отозвалось низким, на грани слышимости, урчанием, словно дикий зверь, который, проснувшись, потягивается, демонстрируя когти и зубы. — Только пристегнись, — дождавшись, пока Мишка выполнит его указание, он выехал с парковки. — А теперь показывай, куда ехать.
Ярослав видел, с каким удовольствием, почти затаив дыхание, мальчик поглаживает кожаную обивку сиденья, но мысли у мужчины были далеко не радостными. Хотя он и понимал, что его ждет, но как-то смягчить такую