Недетские игры

выводя каждую букву. Наконец, закончив, Мариша протянула ему этот образец эпистолярщины. Прочитав послание, мужчина в прямом смысле сел на пол и прикрыл рот ладонью, делая вид, что поперхнулся. Потому что подобного он точно не ожидал.
«Когда не магу уснуть, я иду к маме. Ты тоже плохо спиш, поэтому каждый вечер ходиш к маме? Заяц меня баюкает, он поможет и тебе».
Ярик тщательно подавил рвущийся смех и похлопал рядом с собой, предлагая составить компанию в посиделках:
— Да, я плохо сплю. Только давай это будет нашим секретом, хорошо?
Ответ девочки его добил:
«Миша знает. Он мне сказал»
Зашибись. Оказывается, все домочадцы в курсе их с Агнешей игры «Друзья днем, любовники при луне». Похоже, что они существенно недооценили детскую непосредственность и наблюдательность. Но так даже лучше. Ярославу надоела эта ситуация, когда он не имеет возможности поцеловать жену при домашних. Хотя, он сильно сомневался, что и теперь это изменится. Агнешка не привыкла демонстрировать что-то на людях, даже если это собственные дети, но мужчину устраивала такая легкая эмоциональная «подмороженность», которая с лихвой компенсировалась, когда они оставались наедине. Да, многое она ему не позволяла. Например, прикосновения к спине оставались табу, что понемногу начинало бесить мужчину, но он терпел. В конце концов, Ярик получал от этого брака гораздо больше, чем надеялся.
— Понятно… Давай на кухню, а то мама будет ругаться, если узнает, что я тебя привез и не покормил.
Маринка скорчила смешную рожицу и отрицательно помотала головой.
— Надо, солнышко, а не то я сам тебя съем! — они с девочкой частенько играли в такие вот сказочки на современный лад, где мужчине доставалась то роль человека-паука (причину детской нелюбви к этому персонажу Ярослав понять так и не смог), то зомби (спасибо за комплимент на добром слове), то смурфика (что это за существо, он так и не уразумел).
Девчушка широко улыбнулась и понеслась вниз, а Ярик, для придания антуража, порычал и потопал ногами. А потом кинулся следом, испугавшись, что в спешке ребенок может упасть с лестницы. Но все обошлось, и они как раз доедали лазанью, приготовленную Алевтиной Эдуардовной, которая в последнее время относилась к мужу своей любимицы намного мягче, когда явилась немного замотанная Агнешка. Миши рядом не было, он остался в центре, чтобы потом не было никаких возражений, дескать, она всячески соблазняет мальчика и тем самым влияет на мнение департамента.
— Привет, — она поцеловала подбежавшую дочь, кивнула домработнице и улыбнулась Ярославу, с некоторой завистью наблюдавшему за этой картиной. — Спасибо, что помог. Я сейчас на пять минут в душ и приду.
— Не за что. Будем ждать.
Девушка и в самом деле спустилась очень быстро, но на лице появилось какое-то не совсем понятное выражение. А вот сказанные ею слова быстренько поставили все на свои места:
— Ярослав, идем на минутку в кабинет. Алевтина Эдуардовна, а вы пока покушайте тоже, а то всех покормили, а сами ещё не садились, — вежливость прежде всего, это Ярик понял уже давно.
Не успела дверь рабочего места за ними захлопнуться, как с лица Агнешка пропала вся веселость и дружелюбность.
— Скажи, пожалуйста, что за конфликт произошел у вас с воспитателем детского сада?
Мужчина не поддался на провокацию и спокойно уселся на край её стола, чтобы удобнее было наблюдать за стоящей напротив женой:
— Никакого конфликта, я просто адекватно ответил на её высказывания о Марине.
— Хорошо, — она устало потерла висок и подошла чуть ближе. — Пока я слышала только одну версию произошедшего. Не мог бы рассказать, что именно там случилось?
Ярослав не стал упрямиться и четко, но кратно описал события. Когда он рассказывал, на секунду на лице девушки появилась какая-то нежность и даже беззащитность, что ли. Но почти мгновенно глаза подозрительно сузились, а сама Агнесса сделала скользящий шаг вперед.
— Секундочку. Ты назвал Марину своей дочерью, причем, она это слышала?
— Да. Тебя что-то не устраивает?
— Яр, ты издеваешься? — она приблизилась вплотную, встав прямо перед ним. — Я говорю не о самом тоне и факте беседы. За это как раз большое спасибо. Но Марина же будет воспринимать тебя, как отца, неужели ты этого не понимаешь?!
— И пусть, что в этом страшного?
— Ты сам себя слышишь? Ты привязываешь детей к себе. Я не против вашего общения, на здоровье, но это уже слишком. Подумай, что будет с ними через два месяца. «Дорогие детки, наш с вашей мамой контракт истек, всего хорошего»?
— Не утрируй! — Ярик разозлился и, метнувшись навстречу, стиснул её плечи.
— Да, я преувеличиваю, но ты же понимаешь,