Недобитый

нас пять сотен воинов, в их передовом отряде вряд ли окажется больше трех — ведь разведчики говорили о двух. Превосходство хорошее, плюс от нас они такой наглости не ждут.
— Дан — это демы. Я их, конечно, презираю, но не могу не признать: вояки они очень опасные. Будь у нас пять сотен бакайцев — еще куда ни шло, но с таким составом очень нелегко придется.
Я и сам понимал, что войско разнородное. Две сотни, набранные из иридиан и межгорцев, по боевой ценности сильно уступали даже бакайским ополченцам: неопытны, слабо вооружены и защищены. То, что я опустошил свои склады, не слишком изменило ситуацию — ведь кроме рухляди ничем не мог им помочь. Да и с костяком войска проблем выше крыши — четких маневров и перестроений от них ждать не приходится: привыкшие воевать мелкими группами, в лучшем случае небольшими отрядами. Опыт борьбы с человеческим армиями имеют единицы: остальные видели лишь погань, береговую стражу и сонную охрану небогатых замков — богатые наскоком с моря не взять ввиду повышенной защищенности.
— Конфидус — людей нам больше взять неоткуда. Забрать из замка последних подростков и стариков? Не поможет… Дождаться, когда соберутся дальние межгорцы? С их расторопностью неизвестно, сколько этого придется ждать, а враги на месте не сидят, да и округу разоряют лихо. Связь у нас такая быстрая, что даже деревни вроде этой предупредить не смогли, так что на быструю подмогу лучше не рассчитывать. У нас сейчас прекрасный шанс: неожиданно напасть на передовой отряд, пока его не усилили. Если соберутся в кучу, нам останется лишь сидеть в осаде, а это крайний вариант.
— Дан: вам, разумеется, виднее, но неожиданно напасть на демов не так-то просто. Да и насторожены они — разведчики говорят, что броню не снимают. Всегда готовы к бою и держатся соответственно.
— Вы можете предложить другой план? Представьте, что я отдал вам командование.
— Не знаю… Наверное, нет — поступлю так же, хоть это и непривычно. Замысел ваш хороший, хоть и рискованный. Но куда нам без риска? Промедлим — они про нас узнают, и тогда действительно останется лишь осада: будут нас гонять по лесу, пока в замок не загонят, а если не получится, махнут рукой и пойдут к Мальроку, раз там гарнизона не осталось. Дан — не обижайтесь на мои сомнения. Я, наверное, просто побаиваюсь. Но вам не мешает и самому задумываться о случайностях. Вдруг нас обнаружат, или уже обнаружили? В округе шастает немало групп подобных той, что разорила эту деревню — нарваться на чужой взгляд легко.
— Мы не станем соваться в чужую пасть, не проверив, в каком состоянии зубы. Если разведка заметит там нездоровую суету, то будем искать другой вариант. Если в бою придется туго — попробуем отступать организованно, по приказу. Вряд ли они рискнут долго преследовать — им нельзя бросать галеры. Но это крайний вариант, а пока что давайте не думать о плохом.
* * *
Демов мы встретили спустя примерно час после того, как покинули окончательно обезлюдевшую деревню. Двигались мы неспешно, чтобы сберечь силы для боя и дать разведчикам поработать как следует, потому о противнике узнали заблаговременно. Это оказалось не все их войско, и даже не приличный отряд — всего лишь восьмерка воинов в легких доспехах. Обычная группа людоловов — таких в округе хватало.
Окажись они далеко в стороне, на маршруте, где риск встретить наши следы стремится к нулю, я бы, возможно, махнул на них рукой, не желая отвлекаться от главной задачи. Но к несчастью противник маячил впереди, и двигался чуть ли не встречным курсом. Даже если не наткнется на нас, то любой самый незначительный поворот выведет их на хорошо натоптанную тропу, а специалистов по лесной летописи у них хватает — мигом поймут что к чему. Ну что поделаешь, если не существует способов скрыть следы пяти сотен человек.
К тому же глядя на воспрянувших при таком известии бойцов, я понял, что было бы полезно пустить ненавистному противнику кровь: это приободрит народ, воодушевив на более значительные подвиги.
С помощью разведчиков организовали засаду. Демы, двигаясь в прежнем направлении, неизбежно начнут огибать лесок, поросший густым кустарником, вот на опушке их и подкараулим.
Все получилось как задумано, не считая того, что, несмотря на мой приказ, в плен никого не взяли. Как только начали лететь расчетливо выпускаемые стрелы, демы, не раздумывая, бросились в противоположную от опушки сторону, пытаясь скрыться в большом саду. Увы — именно там я разместил основные силы, чтобы сидели тихонечко, делая вид, что здесь никого нет. Бойцы очень обрадовались, когда на них выскочило несколько деморализованных пиратов. Интенсивность радости была такова, что врагов попросту в землю втоптали.
Остались мы без «языка»… Ладно — зато никто