Негодяй

а затем отправились в коттедж Блейка. Вечер прошел очень весело, и дети остались ночевать у отца. Блейк хотел предоставить отдельную спальню Максин, но она заявила, что должна вернуться домой.
— Я с удовольствием осталась бы, — честно сказала она, — но если Чарлз узнает, что я ночевала здесь, он убьет меня.
В отсутствие Чарлза Блейк каждый день приезжал к Максин и проводил много времени с ней и детьми. И Максин постепенно заметила, что без Чарлза ей дышится свободнее. Он редко звонил из Вермонта, а она вообще не звонила ему. Максин решила дать ему время прийти в себя и образумиться. До свадьбы оставались считанные дни.
Чарлз вернулся накануне торжества, в день предсвадебного ужина, который устраивал Блейк. Он вошел с таким видом, как будто ходил за хлебом в магазин. Поцеловав Максин, Чарлз прошел в спальню и распаковал вещи. Он был предельно вежлив с Блейком, и у Максин отлегло от сердца.
Понаблюдав за ним, Дафна шепнула на ухо отцу, что Чарлз похож на человека, у которого вытащили кол из задницы. Блейк с изумлением взглянул на дочь, а потом предупредил ее, чтобы она не говорила этих слов матери.
В душе он согласился с Дафной. Чарлз действительно выглядел неважно. Однако Блейк все же надеялся, что Максин будет счастлива с ним. Он желал ей только добра.

Для предсвадебной вечеринки Максин купила новое платье. Увидев ее в нем, Чарлз присвистнул от восхищения. Это был вечерний наряд без бретелек, сшитый из бледно-золотистой прозрачной ткани, которая окутывала фигуру Максин в несколько слоев, как индонезийский саронг. В нем она походила на молодую Грейс Келли. К нему Максин надела золотистые босоножки на высоких каблуках.
Блейк решил придать предсвадебной вечеринке характер официального приема, поэтому Чарлз надел однобортный черный смокинг. Приехав в клуб, жених и невеста увидели Блейка. На нем были двубортный белый смокинг, белая рубашка, черные брюки, черная бабочка и кожаные лакированные туфли. Надеть носки он не удосужился. Это не удивило Максин, поскольку она хорошо знала Блейка. Мужчины в Саутгемптоне часто ходили без носков — последний писк моды. Тем не менее Чарлз отпустил едкое замечание по поводу костюма Блейка.
Белокурая Максин с длинными распущенными волосами, одетая в золотистое платье, была похожа на ангела. Блейк сказал, что ей не хватает только крыльев. Он пригласил на вечеринку сотню гостей по списку, составленному Максин, и еще дюжину своих знакомых и приятелей. В клубе играл оркестр из десяти музыкантов, которые исполняли все — от популярной музыки до классики и джаза. Гости находились в приподнятом настроении. Шампанское лилось рекой. Заметив, что Дафна берет с подноса наполненный бокал, Максин жестом предупредила ее: «Только один-единственный!» Дафна кивнула. Тем не менее Максин решила не спускать глаз с дочери.
Максин с большим удовольствием познакомила своих друзей с Чарлзом. Ее родители тоже приехали на вечер. Мать Максин была в голубом вечернем платье и жакете, а отец — в белом смокинге. Они выглядели очень элегантно.
Вечер начался с танца жениха и невесты. Чарлз и Максин выглядели довольными и счастливыми. Гости любовались этой красивой парой. Блейк постарался на славу. Зал клуба был украшен белыми цветами и изящными бумажными фонариками золотистого цвета.
Перед ужином устроитель вечера произнес остроумную речь, рассказав несколько забавных историй о Максин. Гости от души смеялись, Максин тоже улыбалась. И только Чарлз с недовольным видом хмурился. Ему не нравилось, что Блейк знает Максин лучше, чем он. В заключение Блейк пожелал жениху и невесте всяческих благ и выразил надежду, что Чарлз лучше чем он справится с ролью мужа Максин и в отличие от него сделает ее счастливой. Слова Блейка до слез растрогали Максин.
После этой речи Чарлз произнес тост со словами благодарности в адрес устроителя званого ужина. Он пообещал сделать все возможное и невозможное для счастья Максин. В перерыве между переменой блюд Блейк пригласил Максин потанцевать, и они закружились на танцполе.
— Мне понравилась твоя речь, — сказала Максин, — но в одном ты ошибся, Блейк. Я была счастлива с тобой. Беда в том, что ты постоянно надолго пропадал, а я не знала, где ты и с кем. Ты стал пренебрегать мной, после того как разбогател.
— Я никогда не пренебрегал тобой, Максин, — возразил Блейк. — Я всегда знал, что мизинца твоего не стою. И сознание этого угнетало меня. Ты всегда была намного разумнее, мудрее меня. Ты сосредотачивалась на том, что действительно важно в жизни. Например, на воспитании детей.
— Мы оба жили тем, что для нас представляло