Негодяй

найти? Порой Максин вспоминала свою жизнь с Блейком, и у нее сжималось сердце. Неужели она больше никогда не будет заниматься сексом или даже просто целоваться? Впрочем, Максин тут же отгоняла досадные мысли. Главное — у нее были дети, и она убеждала себя, что этого достаточно для счастья.
Дверь внезапно открылась, и в комнату вбежал Сэм, шлепая босыми ногами по полу. На нем была свежая пижама, а от его влажных волос пахло шампунем. Мальчик с разбегу прыгнул на кровать матери.
— О чем ты думаешь, мама? У тебя такой грустный вид.
Появление сына отвлекло Максин от тяжелых мыслей, и она улыбнулась:
— Я вовсе не грущу, дорогой, просто немного задумалась.
— О взрослых делах, да? — спросил мальчик, увеличивая громкость телевизора с помощью пульта.
— Ты угадал.
— Можно я сегодня посплю с тобой?
Максин улыбнулась. На этот раз ее сын не стал придумывать историй про гориллу, и это было хорошо.
— Конечно, милый.
Максин нравилось, когда Сэм спал с ней. Им было уютно в одной постели. Какие еще желания могли возникнуть у Максин, когда маленький сын доверчиво прижимался к ней во сне? Никакой роман, никакие отношения не могли сравниться с радостью, переполнявшей сердце матери.

Утром в День благодарения Максин обошла комнаты детей. Дафна, лежа в постели, болтала по мобильнику, которым мать все же в конце концов разрешила ей пользоваться. Девочка все еще была наказана и должна была сидеть дома, но теперь она по крайней мере могла общаться со своими друзьями по телефону. Джек сидел за компьютером, одетый в синюю рубашку, серые слаксы и блейзер. Максин помогла ему завязать галстук. Сэм, который все еще был в пижаме, в это время смотрел по телевизору утреннее праздничное шоу. Зельда взяла выходной и рано утром уехала к подруге в Уэстчестер. Каждый год в День благодарения подруга приглашала к себе Зельду и еще нескольких знакомых нянь на праздничный обед. Эти женщины принадлежали к особой породе людей. Они посвящали свою жизнь чужим детям, не имея собственных.
Максин приготовила одежду для Сэма и велела Дафне заканчивать разговоры по телефону и одеваться. Дафна, продолжая болтать, направилась в свою ванную комнату и громко хлопнула дверью. Максин, вздохнув, вернулась в свою спальню. Она решила надеть сегодня бежевый брючный костюм, кашемировый свитер с высоким воротом и туфли на высоких каблуках. Надев свитер, она начала причесываться.
Через несколько минут в ее спальню ворвался Сэм. Его волосы были взъерошены, рубашка неправильно застегнута, а ширинка на брюках топорщилась.
— Правда, я отлично выгляжу? — победным тоном спросил он.
Максин пригладила ему волосы и попросила застегнуть молнию на брюках.
— Ой! — смущенно воскликнул мальчик и ухмыльнулся.
Максин застегнула ему рубашку и велела принести галстук. Сэм состроил недовольную гримасу:
— Ну зачем мне галстук? Я его терпеть не могу, он меня душит.
— В таком случае мы не будем сильно затягивать его. Дедушка всегда носит галстук, и Джек тоже надел сегодня свой.
— А папа всегда ходит без галстука, — заявил Сэм.
— Нет, ты не прав, — возразила Максин. — В торжественных случаях он надевает галстук.
— Но это происходит нечасто.
— Я тоже не заставляю тебя надевать галстук каждый день. Но в День благодарения ты должен это сделать. И не забудь про новые туфли.
Максин знала, что без этого напоминания Сэм мог отправиться на праздничный обед к дедушке и бабушке в кроссовках. Когда мальчик ушел в свою комнату за галстуком и туфлями, в дверях появилась Дафна. На ней была короткая черная мини-юбка, черные чулки и туфли на высоких каблуках. Дафна попросила у матери ее тонкий розовый свитер. В ушах девочки сверкали сережки с крошечными бриллиантами. Максин подарила их недавно дочери на день рождения и разрешила ей проколоть уши. Теперь Дафна хотела сделать в ушах еще пару дырочек, потому что, по ее словам, «все вокруг» носили сразу по две пары серег. Пока Максин не дала согласия на это. По ее мнению, Дафна и так выглядела замечательно.
Максин дала ей свой розовый свитер, и девочка ушла. Через несколько минут в комнату матери вошел Сэм.
— Никак не могу найти галстук, — с довольным видом сообщил он.
— Поищи хорошенько, и ты его найдешь, — сказала Максин тоном, не терпящим возражений.
— Как ты мне надоела! — огрызнулся Сэм и, повернувшись, вышел за дверь.
Максин не удивилась его грубости. С невозмутимым видом она надела брючный костюм, жемчужные серьги и туфли на каблуках.
Спустя полчаса вся семья была готова к выходу. Мальчики надели