Негодяй

ее жизнь в настоящий кошмар. Удивляюсь, как Арабелла не сбежала из Аспена!
— Держу пари, у нее нет своих детей. Если бы они у нее были, она бы легче нашла общий язык с нашими.
— Ты права. Но после пережитого испытания Арабелла вряд ли захочет иметь детей. Впрочем, мне это только на руку, — смеясь, сказал Блейк.
Максин тяжело вздохнула.
— Бедная женщина, — с сочувствием в голосе произнесла она. — Но боюсь, мы ничем не можем ей помочь. Тринадцатилетние девочки в большинстве своем несносны. И здесь мы бессильны. То ли еще будет!
— Позвони мне, когда Дафна повзрослеет и образумится, — с грустной улыбкой пошутил Блейк.
Перед уходом он зашел к детям и поцеловал их на прощание.
— Береги себя, Максин, — сказал он бывшей жене, когда она вышла проводить его на лестничную площадку. — Надеюсь, этот Уэст — хороший парень. Передай ему, что если он обидит тебя, то будет иметь дело со мной.
— Передай то же самое Арабелле, — проговорила Максин и крепко обняла бывшего мужа. Жаль, что Дафна испортила ему отдых в Аспене. — Куда ты теперь?
— Сначала полечу в Лондон и пробуду там пару недель, а потом отправлюсь в Марракеш. Надо проследить за началом ремонтных работ в новом доме. Впрочем, это скорее не дом, а дворец. Ты обязательно должна как-нибудь приехать и взглянуть на него.
Однако Максин не могла обещать, что это скоро произойдет.
— В конце января я буду, вероятно, в Сан-Барте, похожу на яхте, — продолжал Блейк.
Старая история. Максин поняла, что дети снова долго не увидят отца. Скорее всего он появится в Нью-Йорке только к летним каникулам. Они уже к этому привыкли, но Максин жалела их. Детям не хватало общения с отцом.
— Я всегда на связи, — сказал Блейк на прощание.
Максин грустно улыбнулась. Порой ей было нелегко связаться с ним.
— Береги себя, — промолвила она и обняла его еще раз у лифта.
— Ты тоже.
Блейк ушел, и у Максин стало тяжело на душе. Каждый раз, когда она прощалась с ним, у нее возникало странное чувство. Максин порой спрашивала себя: что было бы, если бы они не развелись? Ответ на этот вопрос не радовал. Блейк пропадал бы где-то все время, давая ей бесконечные поводы для недовольства. Ей нужен настоящий муж, который находился бы всегда рядом. И она нашла подходящего мужчину, который мог стать ее верным спутником жизни. Главное — Чарлз в отличие от Блейка был взрослым человеком, не избегавшим ответственности.

В Лондоне Блейка и Арабеллу ждали дела. По возвращении Блейк стал готовиться к ремонту двух домов, а Арабелла занялась живописью. Две недели они не могли выехать из столицы Великобритании, а когда наконец покинули ее, Блейк вздохнул с облегчением. Он устал от зимы и лондонского холода. В Аспене тоже было холодно, но там Блейк по крайней мере мог кататься на лыжах. Ему не терпелось отправиться в Марокко. Арабелла ни разу не была в этой стране, и Блейку хотелось показать ее ей.
Арабелла с радостью приняла приглашение отправиться с ним в Марракеш. Они собирались остановиться в «Ла Мамуния». Блейк взял с собой в поездку архитектора. Проект реконструкции дворца подходил к завершению. Познакомившись с ним, Блейк и Арабелла пришли в восторг. Работы должны были продлиться около года, и это вполне устраивало Блейка. Он любил планировать и наблюдать, как его планы на глазах воплощаются в жизнь. Присутствие рядом женщины, обладавшей хорошо развитым художественным вкусом, еще больше вдохновляло его. Всю дорогу они с воодушевлением обсуждали планы реконструкции и дизайн интерьеров дворца.
Арабеллу поразили красоты местной природы. Самолет приземлился на закате. Лучи заходящего солнца золотили Атласские горы. В аэропорту Блейка и Арабеллу ждала машина. Город пленил Арабеллу. Она с восхищением разглядывала его достопримечательности из окна автомобиля. Особенно поразил ее внушительный минарет мечети аль-Кутубия. Уже в сумерках они проехали по центральной площади Марракеша — Джемаа-эль-Фна, похожей на площадку для киносъемок. Даже в Индии Арабелла не видела столь экзотической обстановки.
Здесь были заклинатели змей, танцовщики, акробаты, продавцы прохладительных напитков, погонщики мулов в одеждах до пят. Все это напоминало арабские сказки «Тысяча и одна ночь». Блейк хотел показать Арабелле Медину — город, окруженный каменной стеной, и сады Менара: по его словам — самое романтичное место на свете.
Вокруг царило оживление, и Арабелла опустила тонированное стекло, чтобы лучше видеть улицы. В нос ей ударил смешанный запах пряностей, цветов, благовоний, пота людей и животных. Эти запахи создавали незабываемую