Неистовый барон

скажу Фитцу, чтобы приготовил в моей спальне еще одну кровать.
– Мне не нравится то, что сегодня случилось, сэр.
– Мне тоже. Может быть, утром мне удастся установить, кто навещал Марианну. Но это явно был не мой брат Тибольт. Это не мог быть Тибольт. Марианна еще очень мала и не может толком сказать, на кого был похож тот человек.
Говоря это, Роган посмотрел на Сюзанну и снова увидел в ее глазах тревогу. Но не только тревогу – в них было что-то еще. Что, черт побери, здесь происходит? Пока Тоби не вышел из комнаты, Роган хранил молчание.
– А теперь, может быть, вы скажете мне, что искал тот человек?
Голос барона был мягким и успокаивающим – голос человека, которому хочется тут же поведать свою самую сокровенную тайну. Сюзанна тряхнула головой, пытаясь сбросить с себя очарование этого голоса. Она не знала, что ей делать. Подняв на руки спящую Марианну, Сюзанна вышла из гостиной.
Роган шел следом.
– Кое-что есть, – наконец сказала Сюзанна.
Чтобы не потревожить ребенка, она говорила очень тихо. – Но я не могу поверить, что это имеет к нам отношение.
– Может, вы позволите мне судить самому?
– Это ерунда.
– Скажите же мне.
– Вы и в самом деле, милорд, говорите со мной тоном судьи, – сказала Сюзанна, поднимаясь рядом с Роганом по главной лестнице.
– Милорд? – Роган вскинул голову. – Неужели после того, как я стоял рядом, когда вы вылезали через окно на этот злосчастный карниз – с голыми лодыжками, а чулки были видны аж до колен, – вы не можете уступить и снова называть меня по имени?
Они вошли в спальню Сюзанны. Не глядя на барона, она положила девочку на свою кровать. Ребенок тут же начал умиротворенно сосать пальцы.
– Скажите же мне! Дайте мне возможность решить, ерунда это или нет.
Сюзанна уже поняла, что хочет ему все рассказать.
Она больше не может держать это при себе.
– Впервые кто-то проник в Малберри-Хаус перед самым Рождеством, – решительно начала она. – Мы все были в гостях. Когда мы вернулись, то обнаружили, что везде разбросаны бумаги, мебель перевернута, несколько принадлежавших еще моей матери дрезденских фарфоровых пастушек разбиты вдребезги. Но ничего как будто не пропало. Потом, через два месяца, все повторилось. Только на этот раз Тоби вернулся домой раньше, чем обычно, и получил удар по голове. А всего три недели назад залезли еще раз.
– И опять ничего не взяли.
– Нет. Но кто бы это ни был, он все три раза устраивал ужасный беспорядок. Наверное, именно поэтому я не слишком долго возражала, когда вы мне предложили уехать. Я боялась, что кто-нибудь из нас окажется в доме, когда они опять проникнут. Тоби не очень пострадал, но все это меня до смерти перепугало.
– Вы не представляете себе, кто бы мог быть этим злоумышленником?
– Совершенно не представляю.
– А вы не знаете, что он искал?
– Нет.
– Ну, раз он трижды возвращался в Малберри-Хаус, значит, он никак не мог найти то, что искал. Вряд ли он нашел это и в третий раз. А вы не думаете, что он последовал за вами в Маунтвейл-Хаус?
Сюзанна прислонилась к стене. Из-под двери можно было видеть отсвет свечи.
– Вы думаете, такое возможно?
– Да, конечно. Все, что нам нужно, – – определить, кто этот человек.
– Я много об этом думала. Мы ведь такие бедные, у нас нет ничего, что представляло бы интерес для кого бы то ни было. Нет, не имею понятия.
– Неужели вы не могли меня предупредить?
Голос Рогана был тихим и спокойным, но это не могло обмануть Сюзанну. Она видела, как бешено бьется пульс на шее барона, и понимала, что он в ярости.
– Я прошу прощения. Честно говоря, я думала, что никто не видел, как мы уезжали. И я считала, что когда мы уедем с вами из Малберри-Хауса, то все изменится. Я не хотела подвергать вас опасности. О Боже, Марианна ведь могла упасть с этого карниза!
– Перестаньте. С Марианной все в порядке. Вы же слышите, как она спокойно сосет пальцы. Что ж, хорошо, теперь я знаю, что происходит, и могу предпринять необходимые меры. Вы устали, Сюзанна. Почему бы вам не лечь в постель рядом с Марианной? – Он осторожно прикоснулся к мягким волосам Сюзанны. – Не беспокойтесь. Утром мы еще поговорим об этом. Я вас не виню, по крайней мере не сильно виню.
Спокойной ночи, Сюзанна.
– Спокойной ночи, милорд.
Услышав это обращение, Роган хмыкнул, повернулся на каблуках и направился в свою элегантно убранную спальню. Заслонив свечу рукой, чтобы не беспокоить спящего Тоби, Роган смотрел на мальчика.
Он казался очень бледным, черные пряди падали на лоб. Красивый мальчик, и что еще важнее – умный.
Он заслуживает большего, чем может дать ему отец, то есть почти ничего, будь он проклят, чертов шантажист!
Роган покачал