Неистовый барон

Сюзанне ничего не оставалось, как с ужасом наблюдать за происходящим. Казалось, что прошла вечность, хотя на самом деле миновали лишь секунды. В тот момент, когда злодей поднял ружье, Роган пригнулся и отскочил в сторону. Пуля пробила написанный в шестнадцатом столетии портрет, на котором был изображен очень красивый джентльмен с порочным взглядом зеленых глаз, как и подобает представителю семейства Каррингтонов. Портрет закачался, ударяясь о стену, затем рухнул вниз. Однако тяжелая позолоченная рама не разбилась, а как живая запрыгала вниз по ступенькам прямо на похитителя. Тот попытался выстрелить, но в ружье был только один заряд.
Негодяй закричал и отпрянул в сторону, но сразу оказался в руках лакеев.
Роган тут же подошел к нему. Похититель выглядел ужасно – белый как полотно, с безумным взглядом, он шевелил губами, но не мог произнести ни слова.
– Как вас зовут? – мягко спросил барон. – Если вы мне все расскажете, то, возможно, я смогу вам помочь.
Вместо ответа злодей плюнул ему в лицо.
Роган медленно утерся рукавом.
– Пожалуй, я могу отгадать, как вас зовут. Вы Теодор Мика?
Насколько это было возможно, лицо похитителя стало еще белее.
– Откуда вы знаете о нем? – Его глаза, холодные серые глаза, выскочили из орбит. Раздался странный булькающий звук, и похититель тяжело опустился на пол.
Наклонившись, Роган попробовал рукой пульс на его шее. Удары сердца были редкими и неровными.
Роган посмотрел на лежавший лицом вверх портрет.
Его предок, казалось, самодовольно улыбался. Нет, это глупость. Портрет есть портрет, и ничего больше.
Роган нахмурился. Этот человек без видимой причины просто рухнул на пол.
– Что ж, наш приятель все еще жив. Позовите снова доктора Фоксдейла, Фитц. Миссис Бит, пусть кто-нибудь из наших служанок принесет одеяла. Мне кажется, этого типа сейчас нельзя переносить.
– Милорд, – сказал Фитц, лицо которого было еще белее, чем у лежавшего без сознания преступника, – вы видели, как портрет на него набросился?
Это был ваш прадед Фестер Каррингтон. – Теперь все смотрели на портрет, который, не принося больше никому вреда, лежал не дальше фута от пострадавшего.
Подняв портрет, Роган отдал его Фитцу, лицо которого при этом исказилось. Затем барон окинул взглядом лакеев.
– Как такое могло случиться? Как этот дьявол выбрался из своей комнаты и откуда у него ружье?
Высоко подняв голову, вперед вышел Августус.
– За это ответственность несу я, милорд. Я проверял его примерно каждые полчаса – он ведь был без сознания. Видимо, в конце концов я задремал. Это моя вина.
Роган долго смотрел на него, затем сказал:
– Я поговорю с вами утром, Августус.

Было уже около полуночи.
– Вам пора ложиться в постель, Сюзанна.
– Еще нет. Мне будут сниться кошмары. Почему он так рухнул, Роган? Все произошло так быстро. Вы его не ударяли, и никто его не трогал.
– Возможно, закружилась раненая голова. По крайней мере это заключение доктора Фоксдейла, который его только что осматривал. Не беспокойтесь, мы выясним, что за всем этим кроется, даже если наш приятель больше не очнется.
– Это не Теодор Мика.
– Нет, но он знает, кто это такой. Вы правильно сделали, что рассказали мне о тех двоих друзьях Джорджа. Поскольку мы знаем их имена, я надеялся, что они действительно в этом замешаны, но до сегодняшней ночи сомневался. Теперь ясно, что они замешаны, причем по уши.
– Я надеюсь, что он очнется.
– Что ж, если вы пока не хотите спать, тогда доешьте суп, который вам разогрела миссис Бит.
В дверь тихо постучали.
Роган встал.
– По правде говоря, я ожидал ее позже, – обращаясь к Сюзанне, сказал он. – Я думал, она утешает бедного Августуса, который допустил сегодня промах.
– Он красивый, – сказала Сюзанна. – Эти его черные глаза просто бросают меня в дрожь.
Роган фыркнул, а Сюзанна тихонько засмеялась.
Вошла Шарлотта и села в кресло рядом с Сюзанной.
– Вы еще ничего не рассказывали Рогану, моя дорогая? – спросила она.
– Мы только начали, мама. Перед тем как нас прервали, Сюзанна, вы говорили о тех вещах, принадлежавших Джорджу, которые у вас остались.
– Это пальто и несколько книг. Я не говорила похитителю о медальоне. Он очень маленький, в нем не может быть карты.
– Что за книги, какое пальто?
– Я оставила их в Малберри-Хаусе. Но я уже все исследовала, Роган. Знаете, я ведь не совсем глупая. Я решила, что это связано с Джорджем, поэтому тщательно просмотрела все три книги и отпорола подкладку пальто. Там не оказалось никакой карты.
А больше Джордж ничего не оставлял в Малберри-Хаусе.