Неистовый барон

на виконта, – Какая жалость, что отсюда можно выйти только через одну дверь. Вы ведь пришли, чтобы опозорить меня, не так ли?
– Сначала опозорим, а потом застрелим, – ответил Роган. – Причем с превеликим удовольствием.
Через десять минут преподобный Блай Макнэлли медленно вошел в гостиную. Вслед за ним вошла Линии, неся в руках чайный поднос, который явно давно не мыли.
– Прошу садиться, джентльмены.
– Поставьте чай и уходите, – сказал женщине Роган.
^ – Да, Линни, ты можешь идти. Надеюсь, ты будешь держать язык за зубами?
– Да, милорд.
Филипп Мерсеро недоуменно поднял брови:
– Милорд? Она считает вас милордом? Неужели это срабатывает?
Макнэлли пожал плечами:
– Иногда. Не всегда нужны деньги. Линни не очень умна, бедная пташка. Как только она станет мудрее, то станет требовать от меня деньги. Итак, что я могу для вас сделать, джентльмены? Я полагаю, вы вряд ли хотите жениться законным образом? Я изготовил такие бумаги, которые даже вы в первую минуту не отличите от настоящих.
Роган только улыбнулся, глядя на преподобного, который находился в том возрасте, в котором был отец Рогана, когда погиб на той проклятой дороге. Макнэлли был худым как палка и носил густую бороду. Он походил на методиста. Вероятно, именно поэтому молодые девушки верили, что он действительно тот, за кого себя выдает. Роган подошел к Макнэлли, коротким движением схватил преподобного за руку и завернул ее за спину.
Макнэлли застонал, попытался высвободиться, но не смог.
– Что.., в чем дело, милорд?
– Это только для того, чтобы привлечь ваше внимание, Макпэлли. А теперь я попрошу вас напрячь вашу замечательную память и вспомнить о том, что было пять лет назад. Вы совершили фальшивый обряд венчания над моим братом Джорджем Каррингтоном и молодой леди по имени Сюзанна Холворт.
– Это было очень давно, милорд. Я уже немолод.
Вы должны понять, что трудно…
Роган подтянул руку Макнэлли повыше, заставив его застонать от боли.
– Я сломаю вам руку, если ваша память сейчас же не улучшится, – прошептал Роган ему на ухо.
– Хорошо. Пожалуйста, отпустите меня. Я расскажу вам все, что знаю. – Потирая руку, Макнэлли заговорил:
– А что случилось, милорд? После того, как ваш брат умер, молодая женщина пришла к вам и требует денег? Вы ведь, естественно, знали, что венчание было фальшивым? Она до сих пор считает, что вышла замуж за вашего брата, или он ее давно бросил?
– Пусть это вас не заботит, Макнэлли. Скажите же все, что знаете. – Роган сделал движение, как будто вновь собирался схватить его за руку.
Макнэлли быстро попятился, выставив руки перед собой.
– Хорошо-хорошо. Теперь я припоминаю. Это было весной. Пожалуй, в мае. Стояла чудесная погода.
Каррингтон-младший пришел ко мне и попросил совершить весьма специфическую свадебную церемонию. Я согласился, поскольку этим занимаюсь, и получил от него шестьдесят фунтов – обычную плату, которую беру тогда, когда заинтересованный молодой человек имеет очень богатых и влиятельных родственников.
До дня венчания я ни разу не видел юную леди.
Совсем юная, она казалась очень испуганной. Юный Джордж обманул ее так же, как и все те отпетые негодяи, с которыми мне пришлось иметь дело. Он поцеловал ее в нос и сказал, что для них это единственный выход. Разве она его не любит? Разве не хочет быть с ним вместе?. Могу смело сказать, милорд, что Каррингтон-младший был на высоте. – Макнэлли сделал паузу и налил себе приличную порцию бренди. – Джентльмены?
Оба кивнули.
– Продолжайте! – сказал Роган. Он думал, что сейчас его сердце вот-вот разорвется. Младший брат Джордж, которого он всегда считал серьезным и трудолюбивым, оказался негодяем.
– Ну, как я уже говорил, – продолжал Макнэлли, налив им обоим по стакану бренди, – юная леди была испугана, но она была также возбуждена. Я не перестаю удивляться невежеству и глупости этих молодых женщин. Однако в данном случае юная леди все же проявила зачатки ума. Ей было не больше семнадцати, и она была действительно леди, а не вертихвостка, которую можно купить за деньги. Настоящая леди, потому я ее и запомнил. Она не имела представления о том, как действительно заключаются браки, но тем не менее уже перед самой церемонией спросила меня, будет ли брак законным, поскольку ни у нее, ни у младшего Каррингтона не было согласия родителей, не говоря уже о возрасте венчающихся. – Как вы понимаете, это довольно сложный вопрос. Однако, между нами, мы С Каррингтоном-младшим сумели развеять ее опасения.
Как я помню, он врал самозабвенно. Пожалуй, я потом даже испытывал легкие угрызения совести.
Макнэлли пожал плечами и налил себе еще бренди.
– По