Неистовый рыцарь

— Ах ты дурочка! — тихо произнес Брет. — Я организовал этот побег для твоего же блага. Неужели ты хотела, чтобы нам устроили публичные проводы на супружеское ложе?
Наверное, о такой перспективе она не подумала, потому что, услышав его слова, стала белой, как только что выпавший снег.
— Я щажу твои чувства, любовь моя, поэтому из самых добрых побуждений позаботился о том, чтобы мы оба ускользнули от похотливых гостей, которые бросятся помогать нам подготовиться к супружеским обязанностям.
Она была по-прежнему бледна и молчала. Возможно, даже не знала, что такое бывает, а теперь перед ее глазами возникла ужасная картина, которая чуть было не стала реальностью. Но Аллора расстроенно воскликнула, озадачив его:
— Но мы оказались не там, где должны были находиться! — Он нахмурил лоб, не понимая, какая разница, где проведут они эту ночь — здесь или в лондонском доме. Потом вдруг ему пришло в голову, что она, возможно, согласилась на этот брак по одной-единственной причине.
Она с самого начала не собиралась выполнять ни одного брачного обета.
Если было запланировано, что кто-то явится спасти ее, то теперь понятен ее решительный отказ ехать к нему с Этьеном и Джарретом — да такой эгоистичный, что этим беднягам пришлось применить насилие.
Она ждет не дождется возможности воссоединиться со своими родственниками.
Гнев ослепил Брета. А он-то уговаривал себя проявить терпение! Он решился на этот брак, отказавшись от жизни, которую для себя планировал, и — что греха таить! — даже отказавшись от другой женщины. Правда, он поступил так по своей воле, как и она, насколько ему известно, согласилась на этот брак по своим соображениям.
Но он не предполагал, что к числу своих соображений она хладнокровно относит предательство!
«Не выйдет, леди! — подумал он. — Ты стояла у алтаря и давала брачные обеты. С Божьей помощью я позабочусь о том, чтобы ты их выполнила!»
Он порадовался тому, что предусмотрительно приказал людям охранять охотничий домик всю ночь. Совсем не хотелось, чтобы ему всадили нож в спину, когда — он вознамерится получить свое… вознаграждение.
Поборов неприятные чувства, вызванные этими мыслями, Брет сжал кулаки так, что ногти врезались в ладони, и поклялся не подать и виду, что раскусил ее намерения.
— Миледи, — сказал он, — я собирался провести ночь в этом милом домике исключительно ради вашего покоя. Более того, я сделал все возможное, чтобы вам было приятно и хорошо. Посмотрите: пылает камин, в комнате тепло, душистые травы издают нежный аромат, приготовлено самое тонкое вино…
— Я не хочу вина! — оборвала его она. — Я хочу…
— Доверьтесь мне, — тихо сказал он, подходя к обитому кожей столику, на котором были приготовлены графин и бокалы. — Выпейте вина. — Наполнив бокал, он с улыбкой поднес его Аллоре. — Вам это необходимо. — В его словах не было угрозы. Он имел в виду то, что ее неминуемо ожидало.
Наблюдая за ним, Аллора испытывала такой страх, какого никогда еще не знала: словно горящая стрела пронзила ее насквозь и подожгла изнутри. Видимо, она чем-то выдала себя и поняла, что вызвала в нем гнев. Их взгляды встретились. Взгляд его кобальтовых глаз был теперь повелительным и холодным как лед. Брет стоял на не котором расстоянии от нее — широкоплечий и красивый. Но вид его был грозным. Какую глупость она сделала! Кому теперь нужны все хитроумные планы дяди Роберта, если его друзья не смогут ей помочь? от Взгляда Брета у нее замирало сердце и подкашивались ноги. Он ее предупреждал. Ей следовало прислушаться к его словам. Ее безрассудный дядюшка теперь свободен. А она осталась без помощи, и ей одной придется расплачиваться за его свободу.
Брет наверняка знает, что она собиралась сбежать от него. Его глаза, казалось, пронзали насквозь и осуждали ее. Она боялась его страсти, ярости и гнева. Но она боялась и своего отклика на его близость и того, что не сможет забыть своих ощущений. Как не могла забыть охвативших ее чувств в тот момент, когда увидела, как Брет обнимается с другой женщиной. А что будет теперь? О, дядя Роберт, что ты наделал! Глупо было надеяться обвести Брета вокруг пальца и сбежать от него. Он не отступит от своего решения. Ему ее отдали. «И даже если он меня презирает, — в отчаянии подумала Аллора, — он все равно меня не отпустит. Может быть, когда-нибудь потом появится возможность сбежать от него? Не сегодня, конечно, а после, в будущем…»
Но будет ли ей от этого лучше? Нет. Она боялась, что если ей удастся убежать, то всю жизнь она будет вспоминать сегодняшнюю ночь и будет спать с ним в своих мечтах. Она будет чувствовать прикосновение его — рук к своему телу. Она познает его, деля с ним ложе… Она будет желать его…
Аллора тихо охнула. Нет,