Неизвестный

где-нибудь в траве, потом его поищет. Она допила всё, что оставалось в стакане, и встала, чтобы пойти в туалет, — он находился рядом с главным входом, за углом.
Мартине хотелось курить, но сигареты закончились, а в баре их не продавали. Она вспомнила, что в комнате лежит целый блок, и решила зайти за ним. Выйдя из туалета, девушка направилась в сторону турбазы. Она слышала, как друзья весело болтают на веранде и кто-то бренчит на гитаре.
Когда девушка зашагала по тропинке, тянувшейся вдоль берега, она вдруг обратила внимание, насколько тут пустынно: вокруг ни одной постройки, — и эта заброшенность сейчас особенно бросалась в глаза. Кусты и деревья обступили дорожку плотной стеной. Где-то в полумраке зазвучал невидимый оркестр цикад.
С противоположного берега — там находился порт — доносились звуки работающего оборудования. Грузовик, доверху заполненный брёвнами, ехал по набережной мимо белых вертушек ветряной электростанции, лопасти которых нерешительно вращал слабый ветерок. Гигантский подъёмный кран, словно страшный железный монстр с огромным когтем, возвышался на фоне неба. Жизнь в порту, казалось, не замирала даже ночью.
Чем дальше Мартина шла по тропинке, тем гуще становилась растительность вокруг. По обеим сторонам разрослись ивы. Их кривые ветви, склонившись над дорожкой, тянулись друг к другу, как влюблённые, жаждущие объятий. Переплетение ветвей образовало природный туннель, и в темноте тропинка приобретала зловещий вид. Хмель успел немного выветриться, девушке стало страшно, и она пожалела, что ушла одна.
Обернувшись, Мартина поняла, что уже преодолела большую часть пути и смысла возвращаться нет. К тому же ей чертовски хотелось курить. Она ускорила шаг, пытаясь отделаться от неприятных мыслей.
Пройдя по этой тёмной части тропинки пару метров, Мартина заметила впереди силуэт, чётко выделявшийся на фоне светлого пятна, обозначавшего конец образованного ветвями туннеля. Девушку охватил страх, выветрив последний хмель. Фигура человека находилась метрах в тридцати от неё и приближалась с каждым шагом.
Мартина подавила первый импульс развернуться и пойти обратно. Вместо этого она прищурилась, пытаясь разобрать, кто там впереди — мужчина или женщина, но смогла разглядеть лишь чёрные брюки и кепку.
Шагов слышно не было, потому что здесь земля оставалась сырой.
Как только она поняла, что это мужчина, её охватил ужас.
Он шёл, слегка наклонив голову, и кепка скрывала его лицо.
Она механически продолжала двигаться навстречу ему, как будто выхода не было. Мысли метались, словно стая испуганных птиц. Что ему здесь надо посреди ночи? Концерт давным-давно закончился. Приступ паники сковал силу воли. Она просто продолжала двигаться, как робот, запрограммированный на самоуничтожение.
Она не осмелилась поднять глаза, чтобы посмотреть ему в лицо, хотя он был уже совсем близко. В тот момент, когда он поравнялся с нею, Мартина затаила дыхание. Ещё чуть-чуть, и он задел бы её руку. Девушка ощутила резкий, немного затхлый запах, но не смогла распознать его.
К удивлению Мартины, мужчина просто прошёл мимо.
Он не сбавил темпа и теперь с той же скоростью метр за метром удалялся от неё. Она с облегчением выдохнула.
Мартине тут же стало стыдно — вот ведь до чего она сама себя напугала! Господи, а этот бедный прохожий, наверное, живёт в пансионате и просто возвращался домой. Ей всегда было жаль мужчин, на которых падали всевозможные обвинения лишь из-за того, что они мужчины.
Тропинка стала шире, и в глаза ударил свет от лампы, висевшей у входной двери турбазы. От радости, что всё закончилось, кружилась голова. Он оказался не опасен, она всё выдумала. «По крайней мере, вот я и выбралась из этого мрачного туннеля», — подумала она. Всё, чего ей хотелось теперь, — быстрей забраться в постель.
То, что мужчина развернулся и пошёл следом, она заметила, когда было уже слишком поздно.

Ева проснулась оттого, что в комнате было нестерпимо жарко. Она с трудом перевернулась на живот и закрыла голову подушкой, спасаясь от немилосердно яркого света. Тупая боль поселилась где-то в затылке и не отпускала. Как долго она проспала? Слава богу, сегодня воскресенье и никаких раскопок. Неприятное ощущение в желудке напомнило девушке, что накануне она выпила гораздо больше, чем следовало бы. Судя по тому, как высоко стоит солнце, уже часов двенадцать, не меньше. Она покосилась в сторону кровати Мартины. Постель была пуста, так же как и под утро, когда Ева вернулась домой.
Ева зевнула, вылезла из кровати и направилась в душ. Вернувшись, она обнаружила, что ещё только начало одиннадцатого.