Неизвестный

Да, так вот, голова хранилась замороженной, ей дали оттаять, перед тем как насадить на кол. Об этом свидетельствует внешний вид головы: она вся распухла и ткани легко отделяются. Сказать, сколько времени преступник хранил её у себя в морозилке, невозможно в принципе. Сколь угодно долго. На участке у Амбьорнсона мы обнаружили следы от ботинок, чужой окурок и пуговицу. Он говорит, что это не его. Трава примята в нескольких местах, похоже, преступник искал подходящее место для шеста с головой. Её мы, кстати, отправили ветеринару для более тщательного осмотра.
— Каким образом преступнику удалось проникнуть на участок? У народа в этом районе Висбю обычно всё на запоре, — поинтересовался Витберг.
— Замок на калитке самый обычный, и злоумышленник открыл его с помощью отмычки, вопрос нескольких секунд. Амбьорнсон, вернувшись домой, даже ничего не заметил.
Сульман отодвинулся от стола:
— Если вопросов ко мне больше нет, я бы поспешил вернуться на место преступления.
— Да, иди, конечно, — произнёс Кнутас.
Кивнув на прощание, Сульман быстро вышел из комнаты.
Кнутас продолжил совещание:
— Тот факт, что голова не принадлежит пони из Петесвикена, прямо скажем, обескураживающий. Тем более что нам не поступало никаких сообщений о какой-либо другой убитой или пропавшей лошади. Но вернёмся к Амбьорнсону: тысяча девятьсот сорок второго года рождения, не женат, детей нет, зато куча родни, разбросанной по всему острову. В основном это дети его братьев и сестёр. Родители Гуннара умерли несколько лет назад. Деятельность, которую он ведёт, достаточно прозрачная. Он не замешан ни в каких политических скандалах, насколько мне известно, но это нужно будет проверить. Сейчас он находится в Стонге, у своей подруги. У него запланирована поездка за границу, и если трактовать вчерашнее происшествие как угрозу, то нам на руку, что он на время покинет страну. Послезавтра, то есть в воскресенье, он едет в Марокко на три недели.
— Он едет вместе с этой подругой? — спросил Кильгорд.
— Нет, он обычно путешествует один.
— Что общего у Гуннара с Мартиной? Вот о чём нам первым делом следует подумать, — произнесла Карин. — Сначала погибает девушка, и в убийстве явно прослеживаются ритуальные черты, а потом, спустя неделю, эта лошадиная голова на палке. Тут что-то неладно.
— Да уж, было бы странно, если бы между этими событиями отсутствовала хотя бы какая-нибудь связь, — согласился Витберг. — Но самое жуткое во всей истории то, что голова не от тела пони из Петесвикена. Получается, где-то по нашему острову бродит невменяемый, отрубает лошадям головы и хранит их у себя в морозилке, да ещё совершает ритуальные убийства в придачу. Кто станет его следующей жертвой? — Он кивком указал на окно.
Все присутствующие молчали. Яркие краски лета за окном уже не рисовались такой пасторальной идиллией, как раньше.
— Ладно, — подал голос Кнутас, как будто пытаясь развеять напряжение, повисшее в комнате. — У нас всё-таки есть подвижки. Один из преподавателей по имени Арон Бьярке сообщил нам, что Стаффан Мельгрен ухаживал за Мартиной. Бьярке утверждает, что Мельгрен тот ещё бабник, постоянно инициирует интрижки с молоденькими студентками, хотя женат. Судя по словам Арона, Мельгрен чуть ли не самый настоящий эротоман.
— Любопытно, что больше никто из допрошенных словом не обмолвился о его неверности, — сказал Витберг.
— Особенно если его измены, по словам преподавателя, поставлены на поток, — добавил Кильгорд. — А больше никто не подтвердил этих фактов?
— Пока нет. Но вопрос деликатный, и, может, коллеги просто хотят защитить его, ведь он после гибели Мартины оказался в самой невыгодной позиции.
— Что говорят студенты?
— Некоторые подозревали, что Мартина с кем-то тайно встречалась, но никто не знает, с кем именно.
Других студентов, не имеющих отношения к археологическому курсу, мы опрашивать не стали, они всё равно не знают Мельгрена.
— Сам Мельгрен что говорит?
— Категорически всё отрицает, разумеется.
— А его жена?
— То же самое. По её словам, у них идеальный брак.
Выражение лица комиссара сделалось очень серьёзным. Он обвёл взглядом коллег.
— Информация о происшествии у Амбьорнсона ни за что не должна просочиться наружу, — сказал Кнутас с расстановкой. — Послезавтра он отправляется в путешествие, так что мы сможем спокойно поработать над делом, хочется надеяться. Соседи, кажется, ничего не успели заметить: сад, слава богу, огорожен. Да и мы вели себя аккуратно, когда были у него вчера. Так что давайте постараемся сохранить всё в тайне. Отныне по любым вопросам о расследовании отправляйте всех ко мне или к Ларсу.
После