Неизвестный

совещания Кнутас заперся в кабинете и, достав трубку, стал набивать её. Ему необходимо было побыть в одиночестве и собраться с мыслями. Летнее затишье в работе неожиданно сменилось шквалом сенсационных событий, связи между которыми он пока никак не мог уловить. Чего стоит один факт, что где-то на Готланде лежит труп обезглавленной лошади и никто о ней не заявил!
Комиссар почувствовал, что ему просто необходимо закурить. Подойдя к окну, он распахнул его и разжёг трубку, несмотря на запрещение курить в здании управления. Исключение делалось только для комнат допросов.
Кнутас размышлял об Амбьорнсоне: ничем не выделяющийся рядовой политик, ведущий размеренную, образцовую жизнь, но что известно о нём на самом деле?
Он ведь служит в муниципалитете уже тридцать лет. А о его личной жизни комиссар и подавно ничего не знал.
Связана ли угроза с его профессиональной или частной деятельностью, вот в чём вопрос. Следует незамедлительно проверить, что за папки пылятся на столе у политика. Возможно, ответ в них.
Комиссар сделал затяжку и медленно выпустил дым через уголки рта. Внезапно его осенило: Мартину и Амбьорнсона связывает амбициозный проект гостиничного комплекса, который собираются строить недалеко от Висбю. Патрик Флохтен — один из архитекторов этого невиданного по размаху проекта, кроме того, он же его финансирует. А одобрил проект комитет по строительству, это случилось как раз накануне лета. Председателем комитета является не кто иной, как Амбьорнсон. Для того чтобы проект приняли в органах муниципального самоуправления, поддержка со стороны комитета была просто необходима.
Кнутас стал копаться в памяти. Стройка вызвала немало протестов, хотя у комиссара в целом сложилось впечатление, что большинство жителей Готланда настроены положительно. Да и среди политиков решение, кажется, было принято единогласно. Кто же мог быть против? Те, чьи дома располагаются по соседству с заповедником? Защитники природы и краеведы? Безусловно, но вряд ли кто-нибудь из них пойдёт на убийство, чтобы препятствовать стройке. А что археологи? Не представляет ли этот район интереса для них? Кнутас понятия не имел. Значит, нужно проверить все возможные группы, так или иначе связанные с проектом. Вдруг есть какой-нибудь политический кружок яростных противников? Он сейчас же этим займётся.
Вечер выдался замечательный. Они хорошо подготовились, каждый знал, что ему делать. Всё было продумано до мельчайших деталей.
Они собирались провести ночь в том уединённом месте, вблизи богов и под защитой природы. Духи, обитавшие в каждом дереве, камне и кусте, должны были составить им компанию. Пока они ставили палатки и готовили еду, каждый был охвачен восторженным ожиданием предстоящего действа.
В зарослях по бокам тропинки, ведущей к вершине горы, громко трещали цикады. Подъём предстоял не из лёгких — гора была высокой и труднодоступной. Толпа людей, взбиравшихся на неё, слилась в единую массу — все в длинных накидках до пят, перехваченных на поясе чёрным шнуром. Их головы, скрытые под капюшонами у мужчин и под платками у женщин, склонились вниз, будто они смотрели себе под ноги, чтобы не споткнуться, или тихо молились.
На фоне непрерывного бормотания раздавались глухие ритмичные удары. Шествующий во главе колонны мужчина держал в одной руке плоский бубен, обтянутый шкурой животного, а другой равномерно ударял в него деревянной, обитой кожей колотушкой.
Когда они вышли на открытую площадку, достигнув цели, от группы отделился один мужчина, по всей вероятности их предводитель. Из складок плаща он вынул полуметровый рог и, поднеся ко рту, дунул в него. Над морем раздался однотонный жалобный звук. Другой рог, наполненный вином, пустили по кругу. Каждый отпил с сосредоточенным выражением лица, а последними каплями окропили землю. Предводитель вышел на середину и под удары бубна обратился к своим людям с какими-то словами, после чего повернулся на восток и громко закричал, обращаясь к невидимым силам. Так он проговорил заклинания, повернувшись на каждую из сторон света, и в конце обратился лицом в центр круга, где уже установили престол с изображениями богов, нарисованными кровью.
Один за другим участники ритуала подходили к священному столу и оставляли на нём цветы, фрукты и мешочки с зерном. Вокруг площадки были выложены камни. Теперь внутри этого круга люди снова начали бормотать, отбивая такт ногой. Сначала тихо, потом всё громче и громче, пока бормотание не перешло в крик. Несколько мужчин развели костёр, и пламя взвилось к небесам.
Бубен отбивал ритм в такт этому человеческому вою. Кто-то подал предводителю топор, он стал крутить им перед собой, выкрикивая заклинания. Принесли