Неизвестный

клетку, и на глазах у заворожённых участников вверх поднялась рука с зажатой в ней упитанной белой курицей. Предводитель положил птицу на землю перед собой и одним взмахом топора ловко отрубил ей голову. Брызнула кровь, люди в экстазе топали всё сильней и пели всё громче.
Наконец предводитель остановился. Тут же смолк бубен, смолкли голоса людей. Наступила тишина.
Один из участников бесшумно отошёл от группы. Никто и не заметил, как он вернулся по той же тропинке обратно, сел в машину и уехал.

Юхан собирался провести выходные с Эммой и дочкой в доме родителей Эммы на острове Форё. Родители заехали к ней перед отъездом в очередное путешествие, в которое они отправлялись каждый год, — так у них было заведено. Эмме их визит радости не принёс, они показались ей неискренними, и вся эта милая болтовня о том, как очаровательна Элин, лишь утомила её. Но они погостили недолго — им пора было в аэропорт, откуда предстояло лететь в Китай. Тем лучше для всех.
Эмма пообещала родителям присмотреть за хозяйством на Форё. Она была рада сменить обстановку, потому что стены дома, где она раньше жила с Улле и где всё напоминало о нём, начали душить её, — так много там сохранилось от той старой жизни и так явно дом был наполнен горечью развода.
Эмма была очень привязана к дому на Форё и не понимала, как родители могут добровольно оставлять это чудесное место.
Дорога к паромной переправе через пролив Форёсунд шла через живописную сельскую местность. Они поехали через Барлигбу и Экебю к деревеньке Бэл и потом через город Слите к самому проливу. Всего за несколько минут паром перевёз их на Форё. Элин спокойно спала всю дорогу.
Как только они съехали с парома и очутились на Форё, Эмму охватило привычное ощущение радости и покоя. Природа на этом небольшом, обдуваемом со всех сторон ветрами островке была ещё более суровой, чем на Готланде, разница сразу бросалась в глаза. Они остановились сначала у «Консума», чтобы запастись свежей клубникой и другим провиантом, а потом, двигаясь по направлению к Шеру, — в местной пекарне, чтобы купить вкуснейшие сладкие булочки. Затем они двинулись в сторону Норста Аурен — деревеньки в самой северной части острова.
Прямо у моря, рядом с невысокой каменной изгородью, расположился белый дом из известняка. У Эммы слегка сжалось сердце: последний раз она была здесь больше полугода назад. Внутри, как обычно, прохладно. Каменный пол блестел чистотой. Видимо, родители устроили перед отъездом генеральную уборку. Пока Юхан разбирал пакеты с едой, Эмма уселась в кресло у окна, чтобы покормить дочку, которая только что проснулась и стала требовать грудь. За окном виднелась узкая полоска берега, но чем дальше от дома, тем шире становился пляж. Песок был мелкий и плотный, так что по нему легко можно было везти детскую коляску.
— Пойдём потом погуляем по пляжу? — прокричала она возившемуся в кухне Юхану.
— Давай, прекрасная мысль. Тебе принести попить?
— Да, воды, пожалуйста.
Уже через мгновение Юхан вошёл в гостиную с большим стаканом воды. Было видно, что он расслабился, доволен и счастлив оттого, что может побыть вместе с ней и дочкой. Казалось, большего ему и не нужно. Почему бы и ей тогда не порадоваться? Юхан напевал, раскладывая в кухне еду по полкам, а она думала, что ей пора взять себя в руки и дать ему шанс. Щёчки Элин, усердно сосавшей грудь, порозовели. «Ради тебя, — подумала она. — И ради меня самой».
Ввиду сложившейся ситуации руководство следствия собралось в управлении, несмотря на субботний день.
Кнутас с нетерпением ждал заключения от Агнета Ларсвик, которая посвятила последние два дня составлению психологического портрета предполагаемого преступника.
Все как раз расселись по местам, когда дверь распахнулась и на пороге возник Мартин Кильгорд, встрёпанный и довольный, с двумя большими бумажными пакетами в руках.
— Всем доброго дня! — бодро поприветствовал он коллег. — Я был на шикарной вечеринке в ресторанчике «Хамра», и, когда собрался сегодня с утра в дорогу, они тут же сообразили для меня вкусненького с собой, так что у меня есть кое-что к кофе. Кстати, как у нас со свежим кофе?
— Ещё не успели сварить, но я пойду организую, — вызвалась Карин.
— Я тебе помогу, — сказал Мартин, и с этими словами оба вышли из комнаты.
Комиссар переглянулся с Норби. Вечно этот Кильгорд что-нибудь придумает, но никому, кроме него, не удавалось создавать в отделении такую тёплую атмосферу, мысленно отдал ему должное Кнутас, который вовсе этого не умел.
Все терпеливо ждали, пока кофе будет готов. Тем временем появился Витберг, притащив с собой литровую бутылку кока-колы. Судя по его помятому