Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
Коридоры тут довольно узкие, а Гиго обладал изрядно крупными размерами, поэтому немудрено, что меня едва не приплюснуло между его объемистым брюхом и обшарпанной стеной. Выглядело это довольно комично: представьте двух колобков (большого, но мягкого, и маленького, но плотного), попавших в узкий желоб, и тогда поймете, почему нам было так тяжело.
Гиго, хорошо понимая, сколько неудобств создает, виновато и несколько заискивающе улыбнулся, но я лишь понимающе втянул живот и как можно полнее выдохнул. Он постарался сделать то же самое. После чего мы, наконец, удачно разминулись, и теперь уже охранникам пришлось проявить чудеса ловкости, наглядно демонстрируя умение маневрировать в тесном пространстве.
— Добрый день, мэтр Гираш, — пропыхтел толстяк, проделав сложный акробатический номер во второй раз. — Рад вас снова видеть. Надеюсь, мой Летун не опоздал?
— Нет, — все с той же улыбкой отозвался я, с нескрываемым любопытством следя за сменой выражений на лицах недовольных головорезов. Интересно, сколько раз за день Гиго проходит мимо них таким же манером? — У нас с ним сложились очень неплохие отношения. А если ты и дальше будешь давать ему мою настойку, они станут намного более долговечными.
— Конечно, мэтр Гираш, — вытерев пот со лба, хозяин гостиницы аккуратно обошел… вернее, обтек вжавшегося в стену старика. — Я непременно последую вашему совету. Хорошего дня.
— И тебе помереть спокойно, — благодушно откликнулся я, терпеливо дожидаясь, когда толстяк исчезнет, а слегка помятый слуга соизволит открыть передо мной дверь.
Хозяин гостиницы с усилием поклонился, с явным трудом согнувшись в пояснице, затем с видимым облегчением выпрямился и поспешил на первый этаж. Он, кстати, был одним из немногих в Масоре, с кем у нас сложились почти что дружеские отношения. Причем, этому, как ни странно, весьма поспособствовала моя специальность, которая во все времена считалась проклятой.
Тут, пожалуй, следует пояснить, что первопричиной и моего нынешнего состояния, и сегодняшних событий, как это ни парадоксально, послужили «светлые» маги. Да-да, не мы — злобные порождения мрака и гнусные выродки, продавшие свои души Тьме, а самые именно «светлые», которым существование некромантов вдруг стало поперек горла. Что уж стало тому причиной — никто доподлинно не знает. Ходили, правда, слухи, будто глава тогдашней Гильдии некромантов… некогда — один из сильнейших магов Совета… что-то не поделил с главой «светлых». То ли нарушил чего, а то ли спор какой между ними вышел… сейчас уже неважно. Факт в том, что в Совете появилось некоторое напряжение. И на этом фоне примерно сто лет назад вдруг стали постепенно расползаться непонятные, совершенно необъяснимые слухи о каких-то зловещих предзнаменованиях, роковом положении звезд и грядущем конце света, который в назначенный день и час якобы начнут коварные «темные».
Что вдруг случилось, что после многих веков спокойной жизни гадалки внезапно стали сходить с ума, наперебой заявляя, что мир качается на опасной грани — неизвестно. Древние оракулы, будто сговорившись, бормотали какую-то неопределенную муть про приход некоего Великого Зла. Тогда как известные прорицатели, наоборот, несли полную околесицу, полностью противоречащую всему, что говорили и гадалки, и оракулы.
Мэтр Валоор да Шеруг ван Иммогор, глава нашей Гильдии и один из высших наставников по некро-магии, еще тогда попытался выяснить, зачем кто-то старательно наводил в Сазуле панику. Но успехов не добился. Более того, это лишь усилило подозрения «светлых» и привело к еще большему взаимному напряжению.
Спустя какое-то время появились первые волнения в народе. Кто-то якобы заметил странные огни на соседнем кладбище… кому-то показалось, что юные адепты Академии недостаточно вежливо обошлись с подопытным материалом. А кто-то в голос утверждал, что «темные» магистры снова начали рваться к власти, как во времена правления Кариуша Жестокого, который, как известно, не гнушался никакой черноты.
Затем скоропостижно скончался глава «светлых» — мастер Люборас Твишоп. От какой-то странной болезни, для которой даже у магов Совета не нашлось целительного заклинания. И это еще больше накалило обстановку, несмотря на то, что преемник Твишопа — мастер Шодорас Викдас, который остается главой Совета и по сей день — во всеуслышание заявил, что болезнь на самом деле известная, но очень редкая и, к несчастью, неизлечимая.
Дальше — хуже. На волне всеобщей подозрительности некромантам быстро припомнили все их прегрешения. Кафедру в Академии Всеобщей Магии сперва сократили, а потом, под давлением короны, попытались закрыть. Всех некромантов взяли под учет, едва
