Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
делами, поэтому не совсем представляю, о чем идет речь.
Маг озадаченно моргнул.
— Но эта проблема тревожит Сазул уже не первый год. Даже если вы были далеки от дел, то все равно должны были видеть, ЧТО творится вокруг Масора.
Я пожал плечами.
— Видел. Ну и что?
— Как это «что»?! — чуть не растерялся «светлый». — Разрытые могилы, разоренные погосты, незахороненные тела, гниющие трупы на дорогах… неспокойные кладбища… упыри и зомби… умертвия, еженощно приползающие к жилым домам… некро-гниль, расползающаяся по болотам быстрее чумы… да у нас уже деревни на окраинах наполовину пустые! Это что, по-вашему, нормально?!
— Это — моя работа, мастер, — чуть не зевнул я. — И я не вижу в ней ничего предрассудительного. К тому же, размеры указанных вами проблем… по крайней мере, в пределах Масора… пока не выходят за рамки аномалии Трошьера, а следовательно, не стоят избыточного внимания.
— Да неужели? — в голосе «светлого» послышалась издевка. — А если я скажу вам, КОЛЛЕГА, что подобные «аномалии» происходят по всему королевству? И если при этом добавлю, что на протяжении последних десяти лет их количество выросло почти в семнадцать раз? Причем, частота встречаемости высшей нежити с каждым годом непрерывно растет. Несмотря на то, что Совет еще пять лет назад снял ограничения по разрушительным чарам и позволил использовать их без ограничений при малейшем подозрении на появление новых очагов Велльской чумы?! После этого вы по-прежнему будете продолжать считать, что в происходящем нет ничего «предрассудительного»?!
Ого. А вот это уже серьезно: кажется, Совет действительно напуган, раз вспомнил о Велльской чуме и дал добро на повсеместное использование разрушительных чар. Было бы дело только в умертвиях или резко поумневших зомби, они бы даже не почесались. Но раз в ход пошла тяжелая артиллерия, да еще и некромант срочно понадобился… а граф, надо полагать, представляет здесь не только свои интересы… значит, дело дрянь. И значит, все действительно намного сложнее, чем я предполагал.
Разумеется, нежить на Гинее была всегда. Усилиями ли некромантов, сама ли по себе, но была. И это, собственно, одна из главных причин, по которой мы вообще существуем как класс, а наша работа при всей своей внешней неприглядности остается весьма востребованной. Однако в обычное время мертвые несильно тревожат живых. Ну, восстанет какая-нибудь злобная теща, чтобы любимый зять не больно радовался обретенной свободе… ну, живший бобылем дед вдруг оживет и, исполняя свою заветную мечту, приползет к полуночи подглядеть за купающимися в реке девками… все это мелочи. Житейское, можно сказать, дело. Таких даже упокаивать неинтересно — один щелчок пальцев, короткое заклинание и все. Другое дело, если кого-то при жизни прокляли. Да так, что человек и после смерти не может обрести покой. Вот тогда и появляются призраки, духи, химеры. Правда, физического урона от них никакого. Аристократы, вон, даже гордятся, если в их замках вдруг заведется скромное фамильное привидение, и не призывают на помощь нашего брата, если оно действительно никому не мешает.
Но есть и другая нежить — материальная, которая приносит живущим гораздо больше беспокойства: зомби, драугры, мавки, рейты, упыри… так называемая низшая нежить. Не слишком опасная и не слишком трудная в обработке. А есть еще высшая нежить. Разумная, сумевшая обрести некую самостоятельность, или же абсолютно безмозглая, способная лишь на то, чтобы выполнять приказы хозяина…
Однако главное, конечно, не сам факт существования нежити (к ней-то наш народ уже привык), а участие в ее появлении человека. Скажем, какого-нибудь болвана, решившего самостоятельно изучать черную магию, или ошалевшего от собственных возможностей некрофила, натворившего по недомыслию столько, что потом весь Совет в полном составе замучился разгребать.
В частности, когда-то давно одним из подобных «умников» было случайно изобретено заклятие, способное создавать нежить не просто из мертвых, а сразу из живых. Да так быстро, что, единожды прозвучав, эта дрянь всего за двое суток уничтожила население нескольких деревень, небольшой городок Велль и подняла, до кучи, с десяток окрестных кладбищ, грозя расползтись по всем северным территориям Сазула. Она стала настоящей заразой, которую впоследствии прозвали Велльской чумой. А ее создатель, даже не подозревавший, какое чудовище пробудил, пал ее первой жертвой. Записей он, разумеется, не вел — заклятие было создано по наитию, в состоянии более чем невменяемом. Но чума, несмотря ни на что, все-таки родилась и собрала весьма богатую жатву.
На то, чтобы ее остановить, ушли силы шестерых магистров
