Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
берет. И мешает ему выполнять приказы короля.
— Хорошо, — неожиданно улыбнулся я, мгновенно успокоившись. — Спасибо за информацию. Действительно забыл, что на днях мой замок должен почти на сутки превратиться в коровник, свинарник и курятник одновременно. Прошу прощения, если напугал — не выспался. А когда я не высыпаюсь, то всегда выгляжу, как самый настоящий некромант. Без обид?
Под моим ласковым взглядом повар неуверенно замялся, судорожно смяв толстыми пальцами фартук, но все-таки кивнул, а пацаненок, окончательно осмелев, несмело улыбнулся.
Убедившись, что их страх потихоньку сходит на нет, я довольно угукнул и, кивнув обоим, повернулся к двери.
— Господин Гираш? — нагнал меня на пороге вопрос мальчишки.
Я неторопливо обернулся.
— Да?
— А вы правда такой сильный маг, что можете сразиться с личем и даже его победить?
Вспомнив свои недавние подвиги, я негромко хмыкнул.
— Однажды было дело.
— А лечить вы тоже умеете? — снова спросил пацан.
— Мой последний учитель был превосходным целителем, но когда-то и я неплохо справлялся с болезнями. Почему тебя это интересует?
— А вы… мою маму можете вылечить? — внезапно выпалил он и весь напрягся, как струна. — Она очень больна. Давно уже. А после переезда совсем слегла, и господин Вигор сказал отцу, что она уже вряд ли поправится.
— Он при тебе это сказал? — недобро прищурился я.
Мальчишка виновато отпустил голову.
— Нет. Я за дверью подслушивал… но староста утверждал, что без мага тут не обойтись, а маг у нас теперь только один — вы. И еще он сказал, что вы, скорее всего, не возьметесь за это дело. Потому что… потому что слишком молоды и неопытны. И потому, что у вас еще очень слабый дар.
Так. Я, конечно, не добросердечный лекарь, готовый бескорыстно помочь любому и каждому, невзирая на пол, возраст и толщину кошеля. Но обсуждать мои способности со слугами и крестьянами я еще никому и никогда не позволял. Тем более, не давал разрешения отзываться о них пренебрежительно или с долей насмешки. И принимать за меня какие бы то ни было решения. Но, судя по всему, до некоторых эта простая истина еще не дошла. Видимо, придется объяснить более доходчиво.
— Как тебя зовут? — внезапно спросил я, строго взглянув на понурившегося пацана.
— Шмыг.
Ах да… я же видел его вчера. Совсем из головы вылетело. Кстати, именно он показался мне тогда посмышленее остальных. Да еще и смельчак, оказывается.
— Идем со мной, — я решительно протянул мальцу руку. — Сперва посмотрим, во что наш управляющий превратил мой замок, а потом заглянем к вашему разговорчивому старосте. У меня появилось к нему несколько вопросов.
Мальчишка недоверчиво посмотрел на мою ладонь, которая была лишь немногим больше, чем его собственная. Явно заколебался, но потом все-таки опасливо подошел и, протянув руку, осторожно ухватился за мои пальцы.
— Не бойся, — спокойно произнес я, пристально посмотрев ему в глаза. — И запомни одну вещь: каким бы магом я ни был, я теперь — ваш хозяин. А это значит, что я несу ответственность за все, что происходит с моими людьми. В том числе, и с твоей мамой. Ты мне веришь, мальчик?
Шмыг зачарованно кивнул.
— Вот и отлично, — усмехнулся и я подтолкнул его к выходу. — Да, кстати, Горт…
Замерший возле очага повар нервно вздрогнул.
— Д-да, господин?
— Спасибо за завтрак, — обронил я и только потом быстро вышел. Успев расслышать за спиной тихий облегченный вздох и с удивлением отметив про себя, что, кажется, постепенно становлюсь обычным человеком.
* * *
Как я и ожидал, во внутреннем дворе царил форменный бедлам. В том смысле, что теперь это был не обычный двор, а скотный. Из оставшегося незакрытым проема в стене, ведущего к телепортационной арке, сплошным потоком выливалось море рогатых и безрогих тварей, которые при этом гневно мычали, громко блеяли, пугливо ржали, машинально жевали, чавкали, хрюкали и гадили прямо на ходу. Какая-то часть этого смешанного стада уже выкатилась за пределы наружных стен, прогрохотав копытами по хлипкому навесному мосту, кто-то еще теснился перед воротами, грозя отдавить ноги соседям, или яростно бодался, отстаивая право на свою территорию. Кто-то возился в невесть откуда взявшейся возле ворот луже, от которой смердело не хуже, чем от недельной давности помоев. Кто-то вставал на дыбы, до визга боясь тесноты дворового колодца. Ну а кто-то просто тихо и незаметно опрастывался в сторонке, щедро покрывая каменные плиты едким навозом. После чего
