Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
одновременно. «Темный» я отдал ему сам, когда очнулся и решил стрясти с господина графа положенную оплату за лича. А «светлый»… «светлый» мне мог передать лишь один-единственный мастер. Тот, кто был тогда рядом и у кого хватило бы знаний вдохнуть жизнь в истощенное тело четырнадцатилетнего мальчишки. Вредный, наглый, сварливый без меры и вечно всем недовольный старик… мой верный друг… требовательный наставник… заботливый учитель, который посмел отдать мне не только жизнь, но и нечто гораздо более важное. И очень-очень личное.
В тот день он, вопреки всем своим принципам, передал мне СОБСТВЕННЫЙ дар, который я с таким упорством и так непростительно долго отрицал. И который теперь должен буду любой ценой сохранить. Хотя бы для того, чтобы почтить память его прежнего владельца и отдать ему ту последнюю дань, которую мог.
Впрочем…
Позволив себе несколько трудных минут самоистязания и линчевания, я так же быстро успокоился и даже встряхнулся.
С чего это я расклеился, а? Я ведь, несмотря ни на что, все еще остаюсь мэтром, не правда ли? Печать со мной, дар — тоже. У меня есть все необходимые знания, чтобы повторить свой триумфальный эксперимент. Как с учителем, так и с безвременно почившей трансформой, по которой я в последнее время начал заметно скучать. У меня есть уединенное место, где нас никто не потревожит, несколько ценных источников, почти полное отсутствие свидетелей… только силы и не хватает. Но вернуть ее можно за считанные недели или месяцы, всего лишь решив перечисленные выше проблемы!
Так с чего я тогда куксюсь, скажите мне на милость? И почему вместо того, чтобы приняться за решение этой нетрудной задачки, сижу тут и кисну, как соленый огурец в погребе старосты Вигора?! Да что значат какие-то трудности, когда у меня снова появилась цель?! И что значат несколько бессонных ночей, когда впереди забрезжила реальная возможность вернуть не только свои силы, но и учителя?!
Расплывшись в многообещающей улыбке, я предвкушающе потер ладони и снова вгрызся в расчеты, с головой уйдя в формулы и напрочь позабыв о том, что должен быть заняться чужими отчетами.
* * *
Из-за стола я выполз с огромным трудом и лишь поздней ночью. С хрустом разогнув спину и болезненно поморщившись, со стоном размял поясницу, затем протер слезящиеся глаза и, тряхнув гудящей головой, на нетвердых ногах выбрался из подземелья.
— Хозяин? — неожиданно подал голос из правого нагрудного кармана осколок зеркала. — Не хотел вам мешать, но в верхнем кабинете ждет Бескрылый. Ужин давно остыл. Лиш опять расстроилась. А мальчишки устроили на кухне настоящий погром, пока выясняли, кто из них должен был принести вам еду.
— Что там у горгульи? — зевнул я, звучно клацнув зубами, и, напрочь игнорируя все остальное, выбрался в холл. Ужин там действительно стоял, заботливо накрытый крышкой, и был, судя по всему, уже не просто холодным, а ледяным. Поскольку подавали его, наверное, часа три или четыре назад.
— Он не сказал, — с обидой отозвалось зеркало. — Но ждет долго, упорно, и, кажется, у него для вас важные сведения.
С сожалением отвлекшись от мыслей о вдумчивом поглощении пищи и мягкой постели, я на ходу сцапал с тарелки кусок холодного мяса, пук зелени и кувшин с молоком, после чего, торопливо жуя, отправился наверх.
Бескрылый — птица умная, понапрасну не дернет, так что имело смысл встряхнуться и выяснить, что он нашел. Вдруг что-то по-настоящему важное?
— Хозяин, мы нашли еще один алтарь! — радостно заорал вожак моих горгулий, едва я открыл дверь. — Самый настоящий! Такой же, как тот, который вы уже сож… то есть, скушали! Правда, мы молодцы?
— Ах ты, моя прелесть, — умилился я, подходя к столу, на котором возбужденно прыгала птица, и потрепал ее по лысому загривку. — Только что ж ты, поганец, орешь, как резаный? Ночь на дворе — господин Бодирэ уже почивать изволит…
Бескрылый, сперва сконфузившись, вдруг мерзко хихикнул.
— Простите, хозяин, но Бодирэ сейчас не спит… насколько я знаю, у него появились более важные дела, чем проминать своим телом выданный Лиш соломенный тюфяк.
— Да ну? — удивился я, усаживаясь прямо на стол. — И что же это так его взбудоражило, если он даже про сон позабыл?
— Да как же он уснет, если в его комнате теперь обитает фамильный призрак Невзунов и требовательно стенает, вымогая у вашего управляющего признание вины?
Я недоуменно вскинул брови.
— Какой еще призрак? Разве у нас есть хоть один?
— Ага, — довольно осклабилась горгулья, нахально подставляя
