Некромант по вызову. Тетралогия

внимание к трудностям, вызванным особенностями моего нового тела. В том числе, и за стремление сохранить мой утренний сон, который, как известно, бывает наиболее тревожным. Мы, некроманты, не очень любим это время. Но для нас, как ни парадоксально, оно наиболее ценно, потому что именно утром… ближе к рассвету… наши силы восстанавливаются особенно быстро.
— Г-господин… — растерянно пролепетала девчонка, когда я подошел и, обхватив пальцами ее за подбородок, заставил поднять лицо еще выше.
— Конечно, ты об этом не знала, — словно не услышал я. — Но тем приятнее твое усердие. К тому же, несмотря ни на что, ты предана мне. И еще ни разу не солгала. Поэтому, видимо, мне придется простить твою оплошность и принять серьезные меры для того, чтобы этого больше не случалось.
— Но я же…
— Твое проклятие было снято моими силами, но ВОПРЕКИ моему желанию, понятно? — прохладно осведомился я, тщательно отслеживая ее реакцию. — Была бы моя воля, в ближайшие пару лет я бы к нему даже не притронулся, пока не накопил достаточно сил. Тебе ЭТО ясно?
— Да, — сглотнула она, широко распахнув серовато-зеленые глазищи, однако не особенно удивившись. — Я всегда знала… чувствовала… но надеялась, что это случится не слишком поздно, чтобы я еще могла… сказать вам… сама… как только вернется голос… что никогда вас не оставлю…
Я сморщился.
Тьфу. Хоть бы возмутилась для приличия, что ли? Нельзя же так беззаветно отдавать свою преданность старому некроманту. Просто нельзя… но ей, кажется, все равно? Да и я тоже хорош… почему-то вдруг захотелось рассказать эту неприглядную правду. Зачем? Еще раз ее проверить? Убедиться, что снова не лжет? В очередной раз приятно удивиться? Порадоваться такому славному приобретению?
Хм. А все-таки я немного тщеславен. Или же меня опять некстати зацепило ее эмоциями, в которых явственно проскочило безумное облегчение?
— Твое проклятие меня сильно ослабило, — старательно прислушиваясь уже к себе, медленно обронил я. — Впрочем, не только оно. Я потерял много сил. Чуть не утратил душевное равновесие. И ты правильно усомнилась в моих возможностях — в данный момент они действительно невелики.
— Простите…
— Хватит, — резко оборвал я служанку и недобро прищурился. — Запомни: ты принадлежишь мне. До самой своей смерти и после нее. Ты поклялась на алтаре. И ты не смеешь рисковать собой до тех пор, пока я этого не пожелаю. А чтобы подобное больше не произошло, я… передаю тебе все полномочия по содержанию замка. И дозволяю заботиться обо мне так, как ты считаешь нужным.
— Г-господи…
— Хозяин, к вам гости! — внезапно гаркнуло у меня в кармане, заставив изумленно отпрянувшую Лиш сдавленно охнуть и часто-часто заморгать. — Они уже на пороге. Телепортационная арка должна быть открыта вами через десять… девять… восемь секунд…
— Вон отсюда! — прошипел я, оттолкнув пребывающую в шоке девчонку в сторону лестницы. Затем для верности придал ей ускорения. Убедился, что она очнулась от ступора и опрометью кинулась обратно в замок, по пути вытирая мокрое от слез лицо. Успел еще прислушаться к ее чувствам. Облегченно выдохнул (оказывается, от радости тоже можно рыдать в три ручья!). После чего лихорадочно пригладил стоящие дыбом волосы, нацепил на лицо вежливую улыбку и, как только зеркало бодро гаркнуло: «Один!», склонился в учтивом поклоне.
— Господин граф… мастер Лиурой… счастлив вас снова видеть в своем доме…

— Что с вами случилось, барон? — едва ступив на мою землю, удивленно спросил его сиятельство, а затем внимательно меня оглядел. — У вас тут что, война? Или вы просто забыли переодеться?
— Скорее, только что выбрался из отцовской лаборатории, — недовольно проворчал вкатившийся задом-наперед «светлый» и, последовав примеру графа, насмешливо фыркнул. — В последний раз я видел мага в таком виде как раз после того, как он сутки безвылазно просидел над созданием нового заклятия,