Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
способы воздействия на носителя…
— Дальше, — непререкаемым тоном велел мастер Твишоп, недовольно отряхнувшись.
— Перед моей смертью ты поставил на мальчишку личную Печать, — послушно продолжил я, не заметив, как недавнее раздражение мгновенно испарилось. — Куда-то, где я не мог ее заметить…
— На внутреннюю сторону ушной раковины, — буркнул таракан. — Туда точно никто бы не полез проверять. Даже ты.
Не сводя с учителя напряженного взгляда, я кивнул, признавая его правоту.
— Но это был «светлый» дар. «Темный» ты не смог бы мне передать… а артефакта нужной силы и подходящего по параметрам рядом не было…
— Да ну? — язвительно переспросил Нич. — А твой ритуальный кинжал?
— Он же пропал, — невольно вздрогнул я, едва не потянувшись по привычке к пустому гнезду на поясе. — Когда я пришел в себя, его уже…
Под насмешливым взглядом учителя, я осекся и сглотнул.
Демоны… да нет… такого не может быть! Неужели учитель умудрился запихнуть в меня… мой же ритуальный кинжал?! Идеально настроенный на одного-единственного владельца… безупречный накопитель «темной» энергии… абсолютно мне подходящий… по ВСЕМ возможным параметрам… с огромной емкостью, над которой я в свое время немало поработал сам…
Я в восхищении замер.
— Нич, ты… проклятье! КАК?!
— У мальчишки было распорото брюхо, — наконец, сжалился надо мной учитель. — От ребер до паха. Вложить туда кинжал было совсем нетрудно. Гораздо сложнее оказалось совместить его и мою Печать так, чтобы они не уничтожили друг друга. Печать, как ты понимаешь, была слаба — я истратил на тебя почти все, что имел на тот момент. А вот кинжал, напротив, был полон сил — напоследок я вонзил его в лича, так что он вобрал в себя всю его мощь… интересно было посмотреть, каким ты потом станешь, ясно? Просто не удержался. Однако, как ты правильно сказал, в момент передачи артефакт и Печать должны быть одинаково сильны… или же слабы… поэтому мне пришлось снять с тебя все проклятия и позволить им вытянуть то, что было накоплено кинжалам.
— Что?! — отшатнулся я, машинально прижав руку к животу, словно пытаясь нащупать внутри свой любимый и самый полезный артефакт. — Ты бездарно выбросил оттуда ВСЕ, что я копил столько лет?! А потом запихнул в меня ПУСТОЙ кинжал, чтобы он сыграл роль «темного» накопителя?!
— По-другому бы не получилось. Ты ведь не захотел бы лишиться «темного» дара, правда? — устало посмотрел на меня таракан.
Я поджал губы.
— Нет.
— Вот поэтому я и избрал для тебя такой путь, ученик. Без моей Печати артефакт был бы бесполезен. А дар… думаю, стать истинно «светлым» ты бы тоже не пожелал. Какой «светлый» маг из прирожденного некроманта? Вот я и решил попробовать совместить несовместимое… мы ведь в любом случае ничего не теряли, согласен? Да и о нереализованных проклятиях ты теперь можешь не беспокоиться — они реализовались за счет кинжала еще тогда.
Я вздрогнул, только сейчас в полной мере сознавая, ЧТО ИМЕННО Нич для меня сделал. А потом подумал о другом и недоуменно вскинул брови.
— Учитель, но почему тогда моя Печать стала активной? Разве она не должна была застыть в развитии до того, как ее сила и сила вашего дара достигнут минимально допустимой величины?
— Должна, — вздохнул бывший архимаг. — Я, честно говоря, так и задумывал. Да только не учел, что ты тоже вспомнишь об этом старом обряде — его так долго недооценивали, что я был уверен: ты просто не сообразишь. И неожиданно прогадал…
Я отвел глаза.
— Твоя Печать пробудила кинжал к жизни, Гираш, — со странным выражением покосился на мое лицо мастер. — А кинжал, в свою очередь, начал усиливать ее. Очень, надо сказать, некстати. Раньше положенного срока. Я планировал, что хотя бы года два-три у тебя в запасе будет: тело успеет адаптироваться, каналы сформируются медленно и постепенно, но зато безопасно для тебя… но, как я сейчас вижу, из-за твоей самодеятельности все пошло наперекосяк. И основа под «темный» дар начала формироваться гораздо раньше. Это, как и следовало ожидать, подтолкнуло к развитию «светлый» дар, а в итоге… я теперь и сам не знаю, во что ты превратился.
Я промолчал, со смущением вспомнив о том, что оба своих дара рискнул еще и прокачивать, понятия не имея о второй Печати, но по здравому размышлению решил, что раз все обошлось, то и жалеть не о чем. Правда, признаваться в этом учителю не стоило — он меня на месте испепелит, если узнает, что я чуть не сорвал самый сложный его эксперимент.
Однако его невольная оговорка заставила меня задуматься…
В тот день, после схватки с личем, он сильно рисковал. И мной, и собой… причем не тогда, когда ударил нежить в спину, а когда решил передать мне
