Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
и на высшем уровне, так что я мог до умопомрачения трескать деликатесы, не опасаясь за целостность своего кошелька.
— Гираш, смотри, кто там! — вдруг придушенно прохрипел Нич, в последний раз дернувшись.
Обеспокоившись, что совсем его придавил, я поспешил приподнять ботинок и одновременно кинул быстрый взгляд на входные двери. После чего мигом позабыл про задыхающегося таракана и, внимательно осмотрев вошедших, помрачнел.
Их было два с половиной десятка — хмурых, настороженных, стоящих плотной группой молодых людей в возрасте где-то от шестнадцати до двадцати лет. Девушки и самые младшие по всем законам стаи были оттеснены внутрь, как слабые и уязвимые, а крепкие и рослые парни, напротив, оказались снаружи живого круга, готовые защищать остальных до последнего вздоха. Но у каждого на левой половине груди красовались два расправивших крылья черных грифона, при виде которых у меня нервно дернулась щека и как-то тревожно стало на сердце.
Обычно мы — завзятые одиночки, не терпящие вторжения в свое личное пространство и с трудом переносящие большие скопления людей. У «светлых» во все века существовали какие-то общества, кружки по интересам, традиции, собрания, объединения… а некромантам это было не нужно. Каждый из нас считался вполне самодостаточным, чтобы обходиться без компании и не чувствовать себя при этом обделенным. Мы жили, творили и умирали в гордом одиночестве, редко растрачивая время и силы на семью, женщин или что-то иное, помимо любимой работы.
Но эти дети действительно пришли сюда единой стаей, сплотившейся перед лицом общего врага. Вынужденной терпеть присутствие друг друга, неохотно принимающей помощь соседей, но готовой в один миг огрызнуться на любого, кто рискнет показать зубы.
Вот только их было так мало… слишком мало для огромной Академии аж с десятью курсами учащихся. Даже если учесть, что после амнистии прошло всего пять лет и, следовательно, «темных» адептов старше пятого курса тут быть не могло, все равно — за пять лет отыскать всего два десятка потенциальных некромантов? Во всем Сазуле и прилегающих территориях?!
Неудивительно, что от будущих мэтров исходила такая смесь настороженности и угрозы, что ее, кажется, ощущали даже первогодки: я заметил среди ожидающих в очереди адептов несколько знакомых лиц. И был вынужден признать, что мастер Твишоп не ошибся насчет привитых им чувств к «темным» коллегам — все мои одногруппники смотрели на вошедших, как на кровных врагов. При виде них в столовой мгновенно стихли разговоры и прекратился смех. Молодые люди тут же выпрямились, расправляя плечи и наливаясь дурным азартом. Девушки надменно вскинули подбородки и выразительно скривились, будто в столовой пахнуло смрадом с кладбища. Кто-то даже демонстративно зажал нос, кому-то понадобилось с грохотом открыть окно. Кто-то привстал, угрожающе поигрывая мускулами. И лишь немногим в зале хватило ума молча развернуть стулья и вернуться к прерванному разговору.
— Я ж тебе говорил! — прошептал Нич, вскарабкавшись по моей штанине наверх и снова юркнув под мантию, умудрившись стащить со стола остаток недоеденной котлеты. — Они сделали столовую ОБЩЕЙ! Вон, как на «темных» смотрят! Кажется, преподаватели никого не предупредили?
— Предупредили, — вполголоса обронил я, потянувшись за пирожком. — Ты просто невнимательно слушал вступительную речь ректора. Если бы он не сказал, то тут уже вовсю летали бы боевые заклятия. Просто сегодня первый день занятий — народ еще не привык. А завтра будет попроще.
Нич с сомнением проводил глазами медленно двинувшихся к раздатке «темных» и удивленно хмыкнул, когда опоздавшие к обеду «светлые» дружно подались назад, уступая место.
— Вот даже как… — пробормотал он, с недоверием оглядев угрюмо молчащих адептов и попутно умяв нехилый кусок пирога. — Решили, значит, сразу взять быка за рога? Нет чтобы плавно, постепенно…
— Загнивающий палец лучше отсечь сразу, — отрицательно качнул головой я, глядя на то, как «темные» наполняют едой свои подносы и, провожаемые многочисленными взорами, уходят в дальний угол столовой. — Может, в этом и был бы смысл, если бы они продумали все как следует. А полумеры ни к чему хорошему не приведут. Ты обратил внимание, что на втором уроке ни одного из «темных» не было?
— Откуда? — подцепив лапой еще один пирог, удивился таракан. — Я был только на первом. И то, не с начала.
— То есть, ты не рискнул подглядывать за Ледяной стервой? Хм… да не шипи: я прекрасно помню, что только благодаря тебе дражайшая леди Лилитана вошла в состав Совета магов лишь со второй попытки…
— Она вошла туда только после моей смерти! — шепотом рявкнул Нич, покончив, наконец, с обедом и перебравшись
