Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
под глазом, был настроен явно недружелюбно.
Да и стоящие рядом с ним двое малолеток тоже не выглядели счастливыми — у одного, что поуже в плечах и посмазливее, оказался порван рукав мантии и испачкана в чем-то желтом штанина, а второй успел пару раз обо что-то приложиться своим довольно привлекательным лицом, заработав длинную ссадину на левой щеке и небольшой синяк на подбородке.
При этом все трое, судя по аурам, обладали определенной склонностью к магии Огня; если верить холеным рукам, имели не самое заурядное происхождение; с первого дня учебы держались вместе и, вполне вероятно, были неплохо знакомы до поступления в Академию.
— Правила пользования бытовой магией подробно освещены в «Приложении к Академическим законам», — нейтральным тоном заметил я, глядя крепышу прямо в глаза. — Маленькая такая книженция: синяя обложка, золотое тиснение и герб Академии на корешке, инициалы господина ректора на первой странице… их легко заметить, если просто открыть книгу. И совсем нетрудно прочесть, если, конечно, природа одарила вас способностью узнавать разные буковки и складывать их в связные предложения. [Герб АВМ — на светло-синем фоне расположена раскрытая книга, символизирующая собой древнее знание, а над ней находятся два обращенных друг навстречу другу, стоящих на задних лапах грифона — черный (слева) и белый (справа) — которые считаются символами Гильдий.]
— Невзун, ты издеваешься? — недобро прищурился тот, перешагивая через порог. — Или намекаешь на то, что мы — идиоты?!
Я равнодушно пожал плечами.
— Это не я намекаю. Это вас дверь так приласкала. Причем, судя по вашим лицам, не один раз.
— Хочешь трепки? — вдруг подал голос второй паренек, угрожающе сжав кулаки. Третий оттеснил толкущихся в коридоре девочек назад и благоразумно прикрыл за собой дверь. — Знаешь, мы стерпели, когда ты занял лучшую комнату, ни с кем это не обсудив и не спросив разрешения. Промолчали, когда на следующий день ты удрал на занятия, не показав нам, как пользоваться телепортационной аркой…
— Завхоз не возражал против моего выбора, — насмешливо хмыкнул я. — А больше я ни у кого спрашивать не обязан. Что же касается арок, то учебник по рунам есть у каждого из вас. При желании любой мог его открыть и без труда узнать, как активируются академические порталы. Тема номер «два»: страница третья, пятый абзац сверху. Так какие ко мне претензии?
Крепыш с угрожающим видом подошел ближе.
— А ты не слишком ли нагл для окраинного барончика, а?
— В меру своих скромных возможностей, — не стал отрицать я.
— Так, может, нам эти твои возможности еще немного поубавить? — вкрадчиво предложил его сосед слева. Не знаю его имени, к сожалению… для него. Не интересовался. Да зачем, если у него с высокой долей вероятности не останется потомков?
Я снова пожал плечами.
— Можете попробовать.
— Что, думаешь, не справимся? — выразительно хрустнув пальцами, поинтересовался третий.
— Нет. И, зная человеческую природу, хорошо представляю себе итог наших с вами межличностных отношений.
— Чего? — нахмурились все трое.
— Каких еще отношений?!
Я усмехнулся и отошел от стола.
— Вот этих. Демонстрирую вам простой пример: еще вчера эта мелкая тварь пыталась меня укусить, а сегодня… впрочем, сами оценивайте. Полагаю, пояснения тут излишни.
Молодые люди синхронно опустили головы и брезгливо поморщились, завидев распятую на столе крысу. Здоровенную такую, белую лабораторную крысу, которой я аккуратно вскрыл брюшную и грудную полости. А когда заметили активно пульсирующие сосуды, которые были особенно хорошо видны в установленной над крысой лупе с магическим усилением, едва уловимые движения ребер, кишечную перистальтику и часто-часто содрогающуюся сердечную сумку, наглядно доказывающие, что грызун все еще жив, то дружно передернулись и отступили на шаг.
— Да ты ненормальный, Невзун! — с отвращением заявил крепыш, машинально отерев вспотевшие ладони о мантию. — Ты хоть понимаешь, что натворил?!
Снаружи вдруг стало подозрительно тихо, а я только улыбнулся. Доброй, ласковой улыбкой некроманта, от которой они так же дружно поежились и отступили еще дальше.
— Ничего страшного. Крыса ведь еще жива.
— Вот именно! Ты зачем вообще это сделал?!
— Изучал тему сегодняшнего занятия, — кротко ответил я, бережно поправив один из ранорасширителей. — А она звучит как: «Простейшие сберегающие
