Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
к телепортационным аркам, одна из которых, торжественно блеснув двумя черными грифонами, благополучно переправила меня в Общие лаборатории.
«Надеюсь, Кромм там, — подумал я, без всякого труда попав в нужное место. — Вряд ли старик рискнет ночевать в лабораториях Черной башни — с ними связано слишком много воспоминаний, а он всегда был чересчур сентиментален. Если же нет, то мне придется бежать к нему домой обратно через парк или дожидаться приглашения в гости от «темных»… а это будет нескладно».
Оглядев мрачное помещение и отойдя на пару шагов от стационарной арки, я выглянул в единственный коридор, убегающий куда-то в темноту, и понимающе хмыкнул: сколько себя помню, эти катакомбы всегда были плохо освещены. Традиция, однако. Как и то, что после первой же развилки здесь начнется такая пространная сеть тоннелей, что их карты, наверное, и по сей день ни у кого нет. А ведь тут есть еще второй этаж и даже третий… В свое время в них даже призраки водились, пока их не заставили исчезнуть. А еще частенько сбегали какие-нибудь экспериментальные образцы из клеток, и за ними потом охотился весь преподавательский состав, отменив на время поимки большую часть занятий.
Правда-правда. Пару раз сам открывал на спор замки и законно гордился тем, что после моего саботажа уроков не было по неделе и даже по две. Потому что те зверюги, которых у меня хватало наглости выпустить на волю, обратно загонялись с немалым трудом и усилиями всего преподавательского коллектива. Но поскольку уже после второго эпизода в мою сторону начали посматривать со вполне оправданным подозрением, пришлось свернуть подрывную деятельность и потом довольствоваться лишь мелкими пакостями. Призраков там напугать, с пространством поразвлечься, пока никто не видит…
Эх, хорошие были деньки!
Создав двух небольших «светляков» и без помех добравшись до развилки, я оглядел исчерканные всевозможными метками стены и, уверенно повернув направо, невольно улыбнулся. Сколько тут адептов в свое время поплутало — просто не счесть. Ставь эти глупые крестики — не ставь… не было никакой гарантии, что тот коридор, по которому ты вчера пришел в лабораторию, не приведет тебя сегодня к заброшенному канализационному стоку. И наоборот. Конечно, ничего серьезного с адептами никогда не случалось, и пропавших на вторые-третьи сутки все равно находили, но была в этих стенах какая-то особенная… старая магия… которая всегда вызывала во мне удивительный трепет и неудержимое желание разгадать ее многовековые тайны.
Это ощущение посетило меня и сейчас, когда я шел по пустым коридорам и, словно в первый раз, с любопытством всматривался в царящую впереди темень.
Зловещая тишина… кромешный мрак, сдавливающий тебя со всех сторон… тихие звуки шагов, гулким эхом отражающиеся от каменных стен… черные пасти второстепенных тоннелей, от которых так и ждешь, что оттуда бросится какой-нибудь монстр… свисающая с потолка паутина… стойкий запах тлена… густой слой пыли, укрывающий пол на пол-пальца в толщину… нервы уже напряжены до предела, словно на неспокойном кладбище в полночь, беспокойный взгляд беспрестанно шарит по темноте в поисках малейших признаков движения…
— Стоп! — внезапно замер я, с подозрением присмотревшись к полу. — А пыль-то откуда взялась в таком количестве?! Если здесь проходят занятия, ее быть не должно…
— А вот тут ты прав, — насмешливо заметили откуда-то сзади. — Но о своем открытии ты уже никому не расскажешь.
То, что я сделал дальше, я сделал совершенно машинально. Так, как и много раз до этого, находясь в каким-нибудь симпатичном месте вроде склепа с неупокоенными зомби или рядом с кишащими мавками болотами. Первое — мгновенно погасив сразу оба «светляка», одновременно резко усилил чувствительность глаз, и второе — отпрыгнул в сторону, шарахнув по собеседнику сдвоенным заклятием мгновенного разложения . На живых оно действовало подобно кислоте, моментально разрушая мягкие ткани и оставляя от нападающего лишь голый скелет, а у мертвых — как минимум, вызывал недолгое оцепенение ввиду грубого повреждения управляющих структур удерживающего заклятия, а как максимум — разносил их на куски, оставляя после себя лишь некрупные ошметки для опознания.
Мое собственное изобретение, между прочим. Самая эффективная вещь в экстремальных ситуациях.
От удара подкравшегося придурка буквально снесло. Да так быстро, что я увидел лишь смазанный человеческий силуэт, окруженный легким голубоватым свечением. Его сперва подбросило в воздух, мгновенно разорвало на несколько десятков частей, а потом с силой отшвырнуло на ближайшую стену, оставив на ней расплывчатые
