Некромант по вызову. Тетралогия

отчет так, что мало ему не покажется.

К тому времени, когда впереди показался фамильный замок Невзунов, его сиятельство уже с трудом удерживал на лице невозмутимое выражение. При взгляде на угрожающе побагровевших попутчиков его плечи периодически начинали подрагивать, в глазах поблескивали веселые огоньки, а по губам то и дело скользила коварная усмешка.
Да и как тут остаться спокойным, когда позади, пронзительно скрипя и бодро подскакивая на ухабах, громыхает древняя повозка, в которой, отчаянно вцепившись в борта, витиевато матерятся трое важных чиновников?
Увы, с транспортом им не повезло — в ближайшей деревне не нашлось ни золоченой кареты, ни бархатных подушечек, способных облегчить страдания многоуважаемых господ. Единственным средством передвижения в разгар сезона урожая была эта древняя двухколесная колымага, да и то — лишь потому, что намедни в ней перевозили навоз.
Естественно, заезжим господам об этом прискорбном факте никто не сообщил, саму телегу перед использованием облили несколькими ведрами воды, наскоро оттерли, застелили сверху коровьими шкурами и набросали вниз душистых трав. Однако на жаре мерзкий запашок все равно упорно просачивался наружу, окружая пассажиров густым ореолом «благовоний» и доводя их до исступления.
Время от времени возница — загорелый до черноты полуголый вихрастый пацаненок — требовательно покрикивал на бредущего по грязи тяжеловоза, будто не замечая, что повозку от этого раскачивает еще сильнее. А когда кто-то из господ в очередной раз прикусывал язык или подскакивал особенно высоко, вынужденно обозревая роскошные сельские пейзажи, виновато оборачивался и доверительным тоном сообщал:
— Ничего, зато доберемся быстрее!
Терпеть дикую тряску важные господа были, разумеется, не готовы. Но и лишнюю минуту в провонявшей насквозь телеге находиться никто из них не желал, поэтому, стиснув зубы и намертво вцепившись друг в друга, они проклинали местные дороги тихо, вполголоса. А на едущего впереди графа смотрели хоть и с раздражением, но все же не с ненавистью — ведь если бы не он, им пришлось бы идти до замка пешком, и тогда хлюпающие сапоги стали бы наименьшей из трудностей.
К счастью, чем ближе к цели, тем легче становилась дорога. Постепенно подсохли обочины, лужи попадались все реже, будто дурацкий ливень из какой-то непонятной прихоти обрушился только на западные окраины баронства, как раз на пути важных гостей. Глубокие ямы, куда то и дело попадали колеса, в какой-то момент вовсе исчезли, словно по волшебству. Коварная глинистая почва уступила место обычному грунту, а под конец дорога вообще стала ровной, как Королевский тракт.
Когда же лес закончился, и с высокого пригорка открылся прекрасный вид на уютную долину, где, как на ладони, с комфортом устроилось фамильное гнездо Невзунов, господа надзиратели вздохнули с невероятным облегчением и дружно расслабились, упустив из виду момент, когда молодой возница подхлестнул взбодрившегося коня. Их уже не могли смутить ни массивные, выкрашенные в черный цвет замковые башни, агрессивно пронзающие небо; ни такие же зловещие крепостные стены, над зубцами которых медленно клубился странный туман; ни мутная вода в защитном рве; ни выглядывающие из тумана уродливые головы многочисленных статуй, чьи оскаленные пасти выглядели откровенно пугающие… логово некромантов, что с них взять? Вероятно, юный барон просто не успел его преобразить.
Лихо слетев с пригорка, молодой возница умело остановил разогнавшегося до устрашающей скорости мерина, чуть-чуть не доехав до опущенного через ров моста. А затем, обернувшись к резко спавшим с лица путникам, широко улыбнулся.
— Прибыли, господа хорошие. Вот он — замок хозяина. Я вам еще нужен?
Господин фон Воррэн осторожно сполз с хлипких досок, по первости опасаясь доверять ослабшим ногам. Затем сделал на пробу пару шагов, убедился, что способен на такой серьезный подвиг, после чего