Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
травле и убийствам «темных», то ответьте мне, пожалуйста, на другой вопрос: КТО попросил вас это сделать? Кто сказал вам о демоне? И кого вы уважали настолько, что, даже сильно удивившись подобной просьбе, просто не смогли отказать?
— Далее, — я перевел тяжелый взгляд чуть дальше. — Господин ректор, вы не отрицаете, что подали в Совет идею об изменении программы обучения для младших курсов. Весьма, надо сказать, необычной и несколько, на мой взгляд, преждевременной. Скажите, вы самостоятельно додумались до этой идеи или же вам кто-то ее подсказал?
Магистр замер, изумленно округлив глаза, а я уже направился дальше.
— Мэтр Гриммор де Фугг…
— Я не в чем не виноват! — испуганно шарахнулся в сторону молодой некромант. — Невзун, вы сами сказали…!
— Да. Вы не виновны в том, что происходило в Академии. Но пять лет назад, когда это только начиналось, вы были здесь единственным мэтром. Лонер пришел позже. Поэтому именно на ваши плечи легла забота о вверенных вам учениках. Из того, что рассказал нам Оракул, известно, что некоторых учеников похитили прямо из Академии, сымитировав их смерть во время учебных поединков. Подобные поединки происходят по строгим правилам. И присутствие кураторов от обеих сторон на них обязательно. От «светлой» стороны мог прийти любой из преподавателей, но за «темных» адептов отвечали именно вы. И их раны, прежде чем отдать целителям, тоже должны были проверить именно вы, дабы удостовериться, что они действительно серьезны. Я вполне могу поверить, что вы не сильны в целительском искусстве и могли что-то упустить во время осмотра. Однако безусловно смертельные раны и раны, которые можно вылечить, вы обязаны различать. И поэтому у меня к вам тоже появился вопрос: почему, зная о том, что в действительности смерть ваших учеников могла быть предотвращена, вы не задали этот вопрос тому, кто объявил о смерти? И почему, если у вас возникли сомнения… а они не могли не возникнуть — вы же не первый год на свете живете, да и обучал вас ввиду отсутствия других претендентов, «светлый» маг… вы не пришли с ними к ректору?
На Фугга стало больно смотреть, я уже на него не смотрел.
— Господин де Регилль… господин де Регилль! Я понимаю, что вам сейчас очень трудно, но все же я прошу вас ненадолго вспомнить о своих обязанностях…
— Что вы еще от меня хотите, Невзун? — измученно отозвался граф, с трудом отнимая руки от резко постаревшего лица. — Думаете, я тоже в этом участвовал?
— Нет. Но вы можете сказать, какой пост должен занимать маг, чтобы иметь прямое влияние на решения Совета. И наверняка припомните человека, который, негласно не является его постоянным членом, все же пользуется у вас достаточным уважением, чтобы время от времени влиять на ваше мнение.
У графа что-то щелкнуло в глазах, а из груди вырвался судорожный вздох.
— Госпожа Ларисса де Ривье…
— Я слушаю вас, Невзун, — встрепенулась погруженная в тяжкие раздумья графиня. — У вас ко мне остались какие-то вопросы?
— Разумеется. Недавно мне стало известно, что в последние несколько лет вы совмещаете должность члена Совета и одновременно являетесь хранителем архивов столичной ратуши…
— Да. Это так.
— В таком случае не могли бы вы поразмыслить над тем, у кого из знакомых вам архимагов хватило бы знаний и таланта, чтобы незаметно проникнуть в архив и исправить некоторые записи, касающиеся учеников? Я знаю, архивы и записи в них прекрасно защищены. Но некоторые из них, как выясняется, далеко не полны…
— Но это абсолютно невозможно!
— Полагаю, вы ошибаетесь. Господин ректор подскажет вам, какие именно дела вам стоит просмотреть, — бесстрастно заметил я. — И, скорее всего, многие из упомянутых там имен вам окажутся знакомы. А теперь вопрос к вам, леди Шариэль де Фоль…
— Спрашивайте, — поразительно тихо откликнулась магесса, не рискнув со мной спорить.
— Вы вхожи во дворец в любое время. Прекрасно знаете характер нашего короля. Помните, каким он был, например, двадцать лет назад… скажите, вам не показалось, что с тех пор его поведение необъяснимо изменилось? К примеру, он стал более медлительным, безынициативным, внушаемым? Таким, что позволил нежити без сопротивления занять окраины своего королевства?
Или не увидел очевидного и упустил момент, когда ее можно было раздавить одним ударом? Быть может, в последние годы он стал проявлять странную нерешительность в отдельно взятых вопросах? Или слишком доверять мнению тех, кто, на первый взгляд, вообще не должен вмешиваться в государственные дела? Мог ли он, скажем, издать нелепый указ о раздаче моего баронства близлежащим соседям? Заставить его сиятельство графа Экхимоса бросить все силы на борьбу с нежитью
