Задумалась я как-то на тему книг и их сходства с различными блюдами. К примеру, есть книги «острые» и пикантные, есть слащавые и откровенно приторные, есть простые, но качественные серии, подходящие на каждый день, а есть такие книги, которые читаются только под особое настроение.
Авторы: Лисина Александра
в ЧУЖИХ землях, но при этом палец о палец не ударить, чтобы ему помочь? Или установить какое-то странное опекунство над мальчишкой, о котором даже не знал? Без возражений пожаловать бастарду титул, а потом дать такую ссуду, чтобы тот никогда с ней не расплатился… скажите, в его ли стиле такие необъяснимые решения? А если нет, то с чем это могло быть связано? И кто был способен незаметно, но почти постоянно влиять на разум его величества?
— Святые небеса… — ахнула госпожа ректор, в шоке прикрыв рот ладошкой. — Невзун! Но это же…
Я холодно улыбнулся.
— Совершенно верно. У всех этих решений есть лишь один автор. Самое важное он, разумеется, взял на себя, что-то полегче поручил помощникам… лучшим ученикам, один из которых не так давно, кстати, стал королевским лекарем, другой устроился в столичной ратуше на должности королевского регистратора, третий занимался исследованием порталов, четвертый с младых ногтей интересовался «темным» искусством… всех их объединяет одно — наличие свойств к ментальной магии, которые были умышленно скрыты от Совета магов. Ну и, конечно же, общий учитель, который уже ОЧЕНЬ долгое время считается одним из наиболее опытных, знающих и уважаемых архимагов. Но добровольно покинул Совет магов каких-то десять или пятнадцать годков назад… по старости лет, как он во всеуслышание заявил…
В наступившей оглушительной тишине, в которой все до одного взгляды обратились на единственного человека, который соответствовал данным мною характеристикам, я невозмутимо сложил руки на груди и задал свой последний вопрос:
— Не так ли, мастер Ворг?
Глава 19
Нич
Надо отдать старику должное — после того, как я лишил его возможности отпереться, он не потерял присутствие духа. Как сидел, откинувшись на спинку кресла и зябко кутаясь в плащ, так и остался, спокойный и немного насмешливый, словно все происходящее его не касалось.
Не сводя с меня прищуренных глаз, он все так же медленно и неторопливо отпил свое лекарство, будто ничего важнее больше не было. Почти сразу зашелся в надсадном кашле, который долго не мог унять. А когда все-таки сделал усилие и задавил болезненные спазмы, с трудом отдышался и, утерев губы тыльной стороной ладони, хрипло сказал:
— Что ж, голова у тебя работает, мальчик… аргументы железные. Против них даже мне нечего возразить.
— Так вы ничего не отрицаете?! — пораженно воскликнул де Регилль, отшатнувшись и поспешив отодвинуться от соседа как можно дальше. Для этого ему, правда, пришлось торопливо встать и отойти к двери, оказавшись рядом со мной. Но член Совета магов, похоже, посчитал, что это незазорно. — Мастер Ворг, неужели вам нечего сказать в свое оправдание?!
Старик, хлебнув в очередной раз свой настой, равнодушно пожал плечами.
— А зачем?
— Но КАК ЖЕ?!
— А никак, — беспечно отмахнулся архимаг, не торопясь убирать бутылку. — Мне уже все равно ничего не поможет. Мой срок подходит к концу, так что даже разоблачение Невзуна ничего не изменит.
— Так вы все признаете…?!
— Признаю, признаю, — лениво согласился Ворг. — Все признаю и ни от чего не отпираюсь — этот мальчик настолько красиво меня обыграл, что мне, признаться, даже лестно знать, что когда-то он был моим учеником. Далеко пойдет мелкий выродок… если уцелеет, конечно.
— Грин… — с нескрываемой болью посмотрел на старого друга ректор, а я справедливо насупился и изобразил оскорбленное достоинство. Однако доказывать всем, что я не мелкий и очень даже породистый, не стал. Еще успеется.
— Прости, Фалькус, — отвел глаза Ворг. — Тебе не понять.
— Но как же ты мог…?! Так поступить со мной… с ними?!
Старик, переборов мимолетный приступ слабости, снова поднял голову и пожал плечами.
— Не суди других по себе. Когда доживешь до таких лет, может, и сам не раз задумаешься на эту тему. Тогда я просто хотел жить. Потом мне стало все равно, но машина была
