Тяжело остаться прежним, пережив собственную смерть. Вдвойне тяжелее остаться нормальным, умерев и воскреснув дважды. А уж сохранить способности к магии, оказавшись в чужом теле, это уже что-то из разряда чудес. Впрочем, хороший некромант способен еще и не на такое.
Авторы: Лисина Александра
когданибудь я ею займусь. Правда, обычное вскрытие вряд ли даст какиенибудь результаты. Но можно попробовать прямое зомбирование в сочетании с последующим оживлением и трансформацией… жаль только, что дедуля староват для подобных экспериментов. Да и создание такого зомби мне пока не по силам. Тем более, из столь низкопробного материала. Но был бы он лет на двадцать моложе…
Мастер Гираш? неуверенно переспросил старик, наткнувшись на мой ласковый, прямотаки сочащийся любовью к ближнему взгляд. Это и правда вы?
Конечно, промурлыкал я, с неподдельным интересом изучая его худую морщинистую шею. А что, нужны какието доказательства?
Тощий субъект за спиной старика звучно сглотнул, когда я в третий раз улыбнулся, но старик не обратил на это никакого внимания. И принялся бестрепетно изучать меня в ответ, словно не видя возмущенно раздувшегося таракана и не замечая, как покрасневший от злости Нич яростно вцепился зубами в мой воротник.
Ваше приглашение, пожалуйста, наконец, выдал дед потрясающе уместную в данной ситуации мысль. После чего его молодой помощник окончательно закатил глаза, едва не грохнувшись в обморок, а я, напротив, чуть не расхохотался. Нет, это чтото невероятное! Меня просят предъявить пропуск, дабы под личиной некроманта к господину сиятельному графу не прокрались какиенибудь злоумышленники… просто уписаться можно! Как будто я не во сто крат хуже! Честное слово, захотелось громко гоготнуть. Но вместо этого я послушно полез в карман и, вдосталь там покопавшись, выудил наружу изрядно помятый, испачканный в чемто клочок надушенной бумаги, на которой гордо красовался графский герб.
При виде такого святотатства старик заметно помрачнел и, к вящему негодованию Нича, буквально вырвал из моих пальцев некогда белую бумажку. После чего бережно разгладил, снова аккуратно сложил и, стряхнув с нее невидимые пылинки, как реликвию, убрал за пазуху. И лишь тогда неприязненно на меня покосился, весьма хмуро обронив:
Проходите. Его Сиятельство ждет.
Нич аж завибрировал от бешенства, когда старик еще и повернулся к нам спиной. Рудиментарные тараканьи крылья снова выпростались изпод плотного панциря и угрожающе зашелестели. Но мне было забавно наблюдать за наивным смертным, во второй раз удачно прошедшим по лезвию ножа. И еще забавнее следить за тем, как после нашего ухода второй слуга (кажется, я ошибся он служил не у столичного графа, а состоял на довольствии у Гиго хозяина гостиницы) плавно осел на пол, сложив перед собой все ту же загадочную фигуру из средних пальцев. И шальными глазами проследив за тем, как я спокойно поднимаюсь по лестнице.
Вообщето в отношении статусов и титулов Кодекс магов довольно строг: «светлые» на протяжении многих столетий назывались исключительно «мастерами», а «темные» «мэтрами». И никак иначе. Перепутать одного с другим грозило невеже серьезными неприятностями. Когдато за одно только подозрение о принадлежности к «темным» даже именитых чародеев сжигали на кострах. Когдато одно лишь упоминание о некромантах могло спровоцировать гражданскую войну. Когдато нас травили, как бешеных собак, уничтожая методично и скрупулезно, как будто от этого действительно зависело спасение целого мира. Но даже в те времена за использованное стариком обращение можно было расстаться с жизнью.
Однако в данной ситуации я посчитал преждевременным вмешиваться в естественное течение событий. К тому же, настоящие некроманты на Гинее были практически истреблены еще пятьдесят лет назад, так что старик вполне мог не знать этих тонкостей. А господин граф мог и не сообразить покопаться перед поездкой в семейных архивах.
Поднимаясь по узкой, отчаянно скрипучей лестнице на второй этаж, я усмехнулся.
До чего ж ты докатился, мэтр… терпеливо молчишь, когда давно пора громко возопить и совершить свою страшную мстю. Насмешливо смотришь на чужого слугу, не знающего элементарных правил вежливости. Язвишь, когда надо скрежетать зубами от ярости. Усмехаешься, когда есть миллион и одна причина, чтобы поддаться унынию. Впервые за много лет ходишь по людной улице, бесстрашно сняв капюшон, и стараешься не думать о том, по какой причине Совет магов вдруг решил объявить амнистию.
Даа… кажется, годы, проведенные в склепе, сделали тебя гораздо покладистее. Научили выжидать подходящего случая, словно затаившийся зверь. Привили терпение. Позволили выжить в то трудное время, когда буквально повсюду нещадно уничтожались твои коллеги. Но, вместе с тем, эти годы забрали почти все твои силы. Сделали тебя уязвимым. Отвратительно беззащитным. И далеко не таким могущественным, как во времена расцвета Гильдии некромантов.
Хотя, если
