Тяжело остаться прежним, пережив собственную смерть. Вдвойне тяжелее остаться нормальным, умерев и воскреснув дважды. А уж сохранить способности к магии, оказавшись в чужом теле, это уже что-то из разряда чудес. Впрочем, хороший некромант способен еще и не на такое.
Авторы: Лисина Александра
на его плачевное положение. И убил бы на месте даже графа, если бы тот был способен веселиться в такой момент.
Святые небеса… это ж надо…
Я закрыл кривящееся лицо руками, старательно давя рвущийся наружу смех.
Высокомерный маг… прямо надежда целого поколения… наверное, самый яркий представитель могущественного Совета и вдруг – такой конфуз! Какойто непризнанный гений умудрился создать непонятное заклятие, превратившее этого хлыща в жалкое подобие самого себя! Блеск! Да он же теперь в столицу и носа не высунет, рискуя стать главным посмешищем года! И за помощью ни к кому не обратиться лишь по причине того, что до смерти не хочет, чтобы ктото узнал о таком грандиозному провале! Наверняка вчера в панику ударился, обнаружив, что может передвигаться только раком! Сперва взбеленился, естественно, громогласно пообещав неведомому шутнику сотворить ответную и, конечно же, страшную мстю. Со всех ног помчался в семейную библиотеку, где весь день потратил на чтение умных книжек, пытаясь выяснить, как снять свой необычный недуг! Но не преуспел. После чего взбеленился еще больше. Разорался, как водится. Вскоре, конечно же, охрип. Устал. Выдохся, наконец. Потом попробовал снова. И опять. И еще разок… но гдето к следующему вечеру понял, что ничего поделать не в силах, и, только тогда перепугавшись до икотки, решил наведаться в мой замок, надеясь на… что? На мою помощь?!
Хаха!
– Мне… очень жаль, – с трудом вернув самообладание, прохрипел я. – Сожалею, что с вами случилась… такая беда…
Ох, как бы узнать, кто его так облагодетельствовал! Век благодарным буду!
– …Но боюсь, вы ошиблись: вряд ли причина вашего недуга кроется в этом замке, – наконец, отыскал я едва не сорвавшийся от еле сдерживаемого смеха голос. – Не думаю, что господа бароны, его сиятельство или же господин Бодирэ могли так с вами обойтись: ваша болезнь, как утверждает граф, носит магическую природу, а эти люди – не маги. Леди де Ривье, как мне кажется, тоже не было резона портить вам ауру. Моя единственная служанка магией не владеет. А больше никого в тот вечер в замке не было. Вероятно, это просто совпадение, мастер Лиурой.
– Я тоже так думаю, – глухо обронил граф Экхимос. – К тому же, мастер, вы сами проверяли его дар – он «светлый». Это даже графиня подтвердила. Вряд ли юноша мог вольно или невольно нам навредить.
Слегка успокоившись, маг неуклюжей походкой вернулся в кресло.
– Да, я видел его дар. И сегодня проверил еще раз, но, кроме того, что стал еще немного сильнее, ничего не обнаружил. Сам по себе, конечно, этот факт достаточно удивителен, потому что столь высокие темпы прироста потенциала встречаются крайне редко, но, к сожалению, вы правы – в решении нашей проблемы это вряд ли поможет. Тем не менее, я хотел бы еще раз осмотреть замок.
Я тут же насторожился.
– Зачем?
– Хочу убедиться, что после смерти некроманта здесь не осталось никаких неприятных сюрпризов.
Демон. Еще не хватало, чтобы он Резвача нашел!
– Замок уже неоднократно осматривали ваши коллеги, мастер, – осторожно возразил я. – Не думаю, что они могли чтото упустить.
«Светлый» скривился.
– Ваш отец был весьма изобретательным магом, барон. И я не исключаю, что мои коллеги чтото упустили из виду. Поверьте, я коечто знаю о проклятиях… и думаю, что несильно ошибусь, если предположу, что наши с графом проблемы обусловлены именно этим.
– Уверены? – машинально почесался граф.
– Конечно. Все остальное я исключил еще вчера.
– А может, это обычная порча? Или какоето заклятие, которое…
Маг посмотрел на его сиятельство, как на дурака.
– Поверьте, господин граф: я достаточно разбираюсь в целительной магии, чтобы с уверенностью утверждать, что вы неправы. Если болезнь не проходит после применения
большого исцеляющего заклятья и не поддается воздействию
лечебной длани Асура, то это значит, что либо пациент погибнет в ближайшие двадцать четыре часа от старости или ран, несовместимых с жизнью, либо на человека воздействует самое настоящее, тщательно продуманное и очень сильное проклятие. Вполне возможно, даже посмертное. А поскольку мастерами этого вида искусства всегда считались исключительно мэтры, то… сами понимаете, почему первым делом я привел вас именно сюда.
– И вы думаете, что здесь остались такие проклятия? – все еще сомневаясь, уточнил граф.
– Совсем недавно в этом замке были убиты сразу два некроманта, – буркнул «светлый», отворачиваясь и с подчеркнутым интересом изучая картины на стенах. – Но тел мы так и не нашли, несмотря на то, что здесь все обыскали и осмотрели дважды.
– Считаете, их смерть
