Тяжело остаться прежним, пережив собственную смерть. Вдвойне тяжелее остаться нормальным, умерев и воскреснув дважды. А уж сохранить способности к магии, оказавшись в чужом теле, это уже что-то из разряда чудес. Впрочем, хороший некромант способен еще и не на такое.
Авторы: Лисина Александра
за торчащим в чернильнице пером и, лихорадочно переосмысливая свой старый опыт, принялся заново выводить на бумаге давно известные аксиомы.
Глава 10
«Спасение некроманта – дело рук самого некроманта. А также всех, кого он сочтет нужным привлечь на это богонеугодное дело».
Народная мудрость.
На следующий день я, естественно, встал не выспавшимся, раздраженным и таким взбудораженным, что зашедшая поутру в спальню Лишия, наткнувшись на мой горящий взгляд, чуть не выронила кувшин с водой.
– Э… господин? – пролепетала она вместо обычного приветствия, растерянно уставившись на мой мятый камзол и несвежую рубашку, больше напоминавшую пожеванную тряпку. – Вы что, на ночь не раздевались?!
– Не успел, – хмуро буркнул я, с трудом вспомнив, во сколько добрался до постели. – Не стой в дверях. Давай сюда воду.
– Конечно, я сейчас, – спохватилась служанка и кинулась к столу, на ходу сдергивая с плеча чистое полотенце. – Вам бы искупаться не мешало. И побриться… наверное, тоже.
Я машинально провел рукой по щеке, с удивлением обнаружив на ней совсем еще легкий, юношеский пушок, и кинул быстрый взгляд в стоящее неподалеку зеркало. В котором отразился все тот же худощавый подросток, только но на этот раз трепанный, со вставшими на затылке дыбом волосами, с осунувшимся лицом, неестественным румянцем и лихорадочно блестящими глазами, больше похожими на глаза сумасшедшего.
– Пока терпит, – отмахнулся я, убедившись, что до нормальной щетины мне еще далеко. Затем тщательно умылся, старательно растерев лицо, и, еще раз взглянув на свое отражение, всетаки решил, что в таком виде даже по собственному дому разгуливать не стоит. – У нас есть, во что переодеться?
– Я принесу, – кивнула Лиш и осторожно поинтересовалась: – Господин, сколько вы сегодня спали?
– Не имеет значения, – тут же изменился мой тон, став сухим и официальным: еще не хватало перед собственной прислугой отчитываться. – Принеси мне одежду и завтрак в кабинет. Сообщи, когда придет Вигор. И еще через час приготовь горячую ванну.
– Как прикажете, господин, – тихо отозвалась мгновенно присмиревшая служанка и, забрав использованное полотенце, испарилась.
Я задумчиво пригладил торчащие во все стороны вихры, но потом не поленился и тщательно их расчесал: внешний вид – одно из слагаемых успеха любого уважающего себя мага. А мне сейчас нельзя брезговать даже такими крохами. Особенно перед лицом своих собственных слуг, которых с сегодняшнего дня должно заметно прибавиться.
Пройдя в соседствующий со спальней кабинет, я снова вернулся к расчетам. Вчера… вернее, уже сегодня утром… я их почти закончил, но еще не успел проверить. К тому же, следовало составить список необходимых для моей задумки ингредиентов, которые, к сожалению, не только дорого стоят, но еще и не в каждой лавке продаются.
Битый час провозившись с расчетами, я отвлекся лишь на горячий завтрак, принесенный точно в срок молчаливой служанкой. Причем, будучи верным старым привычкам, перекусил я, несмотря на возбуждение и спешку, очень неторопливо и основательно, старательно пережевывая грубую деревенскую пищу. Потому что еще в детстве усвоил, что эксперименты и заклятия никуда от меня не убегут, тогда как неправильное пищеварение способно испортить и то, и другое.
Затем, тоже по привычке, я тщательно перепроверил полученные данные в третий раз. Зарылся с головой в свои старые дневники, чтобы окончательно убедиться, что нигде вчера не ошибся и правильно припомнил объяснения учителя. Коечто после этого поправил. Коегде изменил структуру заклятия. Окинул взглядов гору исписанных сверху донизу листов, чувствуя законную гордость от проделанной работы. Наконец, с удовлетворенным вздохом откинулся на спинку кресла и ненадолго прикрыл слезящиеся глаза.
Все. Я нашел логическое обоснование своим выкладкам и полностью перевел их в магические формулы. Правда, не в обычные, а выстроенные на основе рунного алфавита, который всегда привлекал меня своей умопомрачительной сложностью и многогранностью толкований. Разумеется, это было нелегко – я давно не пользовался данным способом письма. Но для меня с моим даром и слабыми резервами это был единственно возможный вариант, так что пришлось постараться.
Думаю, если все получится, мое имя могло бы стать настоящей легендой среди убеленных сединами магистров. Хотя до этого, надеюсь, всетаки не дойдет – слава и признание мне уже давно неинтересны. А если я всетаки ошибусь… что ж, предавать меня позору все равно будет некому, так что я в любом случае ничего не теряю. Ну, кроме собственной жизни, конечно.
